Частично оправдаться перед Мэдди он мог бы, рассказав ей правду о ее родителях – они не были такими, какими она их себе представляла. Может быть, стоило сказать, что ее отец, о котором она говорила с такой любовью, был известным рогоносцем; мать же – не просто испорченной и эгоистичной, как считала Мэдлин, а отъявленной мерзавкой.
Нужно ли Мэдлин знать, что ее родители ответственны за то, как двадцатитрехлетний молодой человек был подвешен в конюшне, и подвергнут пыткам?
Не могло быть другого такого союза, который был бы столь явно обречен, как их с Мэдлин. Их дети были бы внуками Ван Роуэнов, внуками Сильвии.
Обреченные…
Черт возьми, он решил, что не женится на ней, и ни за что не отступится от своего решения. На каком этапе он упустил из виду все, что планировал? Первым его побуждением было оставить ее. Дать ей денег, обеспечить ее счастье и отдать один из своих домов – или даже, пропади они пропадом, все дома. Какие проблемы с этим планом? Он уже слишком прикипел к ней, чтобы добровольно расстаться. Итан попал в ловушку.
Он навлек на Мэдлин несчастье, и она неосознанно отплачивает ему, причем тысячекратно, тем, что она такая. Каждый раз, когда Итан видел ее неуемную страсть ко всяким деликатесам, и каждую ночь, когда она просыпалась с мокрыми от слез щеками после очередного кошмара, у него ныло в груди.
Чем больше он привязывался к девушке, тем больше ему приходилось бороться с ощущением удушающей безысходности. Чувство сожаления терзало его, а поскольку ранее ему никогда не доводилось бороться с подобными эмоциями, он не знал, что предпринять.
Итана возмущало изводившее его чувство вины; он негодовал и по ее поводу за то, что в ней было воплощено все то, что, он мечтал видеть в жене.
Хотя уже несколько лет он не брал в рот ни капли спиртного, сейчас вдруг склонился над столиком с напитками и трясущимися руками налил себе виски.
– Промах, – глядя в бокал, пробормотал Итан.
Последние две ночи Итан не приходил к Мэдди, словно желая избавить ее от своего присутствия. Он все время пил, хотя не признавался в этом.
Мэдди определенно видела достаточно пьяниц, валявшихся на ступенях крыльца в Марэ.
Если их с Итаном пути пересекались днем, он рявкал на нее. Порой она готова была поклясться, что он жалеет о том, что она здесь, в Карийоне. Иногда Мэдди замечала, что он наблюдает за ней из окна своего кабинета, когда насупившись, а когда с пугающей злостью.
Поэтому каждый день она взбиралась на «вдовью дорожку». В ясную погоду она могла видеть даже ирландский берег. Размышляя над сложившейся ситуацией, она могла часами смотреть на море, наблюдая идущие в Ирландию паромы.
Ей, наконец, пришлось признать, что поведение Итана не имеет ничего общего с напряжением от работы. Либо он считал, что она вытерпит любое обращение ради замужества, либо выискивал способ прогнать ее.
В этот вечер Мэдди вернулась на закате и обнаружила его сидящим в кабинете и тупо глядящим на зажатый в ладони хрустальный стакан с виски. У нее екнуло сердце, когда она увидела, что он уже изрядно набрался.
Она без приглашения вошла и села в его кресло за столом.
– Как прошел день, Итан? – Он лишь пожал плечами. – Чем ты занимался?
– Работал. – Ты пьешь.
– Ты наблюдательна.
Она могла быть терпеливой.
– Есть ли какой-нибудь сдвиг в деле найма нового управляющего?
– Нет.
– Я могу что-то сделать, как-то помочь тебе? Ведь у меня много свободного времени, – добавила она, стараясь не горячиться.
– Нет, ничего.
– Осталось всего четыре дня до отъезда. Наконец Итан повернулся к ней.
– Ты думаешь, я ни черта не знаю об этом? Как будто ты позволила бы мне забыть. Мэдлин до всего есть дело.
– Мы находимся здесь уже…
– А я еще не покончил с делами! Как можно спокойнее она заметила:
– Наверное, ты сделал бы больше, если бы меньше пил. Лицо Итана приняло угрожающее выражение, застывший шрам резко проявился на загорелой коже.
– Ангелочек, ты ведь не хочешь начинать это со мной, только не сегодня.
– Что я сделала тебе, Итан? Может быть, я обидела тебя или чем-то не угодила?
– Да, это называется половым актом. «Хватит миндальничать».
– Половой акт будет только после бракосочетания. Ведь именно так мы и договаривались! Ты прекрасно знал это с самого начала.
– Нет, тогда я не знал, что ты продержишься до конца, иначе ни за что не согласился бы на такую глупость.
– Ты можешь быть таким отвратительным, Шотландец. Любишь напоминать, что мне не следует выходить за тебя замуж. – И, как она начала подозревать, делал он это намеренно. Мэдди знала мужчин.
Этот выискивает способ выйти из игры.
– Я лучший из всех, кого ты могла бы заполучить. – Он поднял стакан. – Никогда не забывай об этом.
Ахнув, она отшатнулась, как от пощечины. Он был… прав.
– Понятно. Боюсь, что все это начинает мне надоедать.
Он издал безрадостный смешок:
– Да, именно это я и говорил.
– Надоедать мне, Итан.
Мэдди выдохлась.
