Но прежде он хотел основательно выспаться и поесть — короткая передышка в машине Каннингхэма в счет не шла. По понятным причинам он не попытался соваться в дорогие и заметные гостиницы. Обойдя пешком неказистые окраины Сент-Питерсберга, он наткнулся на маленький замухрышистый отель «Лаки Дэй», где ему не задали ни одного неприятного вопроса, и снял крохотный номер, выходивший единственным окном на залив.
Там Лесли первым делом переложил из карманов в чемодан документы Каннингхэма, припрятал их ненадежнее, а также гильзы, с которыми не хотел расставаться. Не раздеваясь, он улегся на узкую кровать, натянул плед до подбородка и сразу уснул.
Утром в международном аэропорту Дженсонвилла Лесли без проблем приобрел билет на рейс 503 до Парижа. В его паспорте стояла французская виза, дающая право на многократный въезд — с тех пор, как он удостоился чести посетить дальних родственников жены. Тогда Лесли иронически усмехнулся, уступая требованию супруги о получении постоянной визы — он не собирался возвращаться в Париж. Слишком многое напоминало здесь и об Астрид Шеллинг, и об одиноком пьянстве в отеле.
И вот надо же, пригодилось.
Пройдет не так уж много времени, и Лесли Энджел усмехнется при воспоминании о радости и облегчении, испытанных им, когда он понял, что всетаки попал в самолет и летит в Париж. Если бы он догадывался в ту минуту, что ожидает его, мог бы предпочесть сдаться полиции и подвергнуться угрозе обвинения в разбое на яхте Арчибальда…
Лайнер заложил вираж над атлантическим побережьем и набирал высоту. Лески отстегнул ремни, расслабился и первым делом потребовал у стюардессы виски.
Его соседкой в первом классе оказалась пожилая француженка, неплохо говорящая по-английски, и Лесли не замедлил воспользоваться случаем.
Он предложил даме бокал шампанского, принятый с благосклонной улыбкой, и вскоре сумел разговорить ее. Мадам рассказывала об отдыхе в Майами, а Лесли соображал, как перекинуть мостик к интересующей его теме. Наконец он вставил в ее монолог следующее замечание.
— Майами — прекрасный город, мэм, но мне кажется, что его жители — не слишком большие патриоты. Многие его улицы названы в честь других городов Америки. Например, Мемфис-роуд, Спрингфилд-стрит, Кэтвилл-хай-плэйс.
Лесли никогда не бывал в Майами, но в недостатке фантазии никто его упрекнуть не мог.
— Да? — удивилась пожилая леди. — Я не замечала Но этот штрих улучшает мое мнение об американцах. Мне всегда казалось, что они не видят дальше собственного носа и не проявляют уважения ни к чему, что лежит за порогом их дома Лесли также был в этом убежден, но вместо того чтобы дискутировать об американском квасном патриотизме, он гнул свою линию.
— А как с этим обстоит дело в Париже? Мой приятель рассказывал, что и там есть некоторые названия, связанные, например, с Лионом…
— Лион? — мадам задумалась — Дайте припомнить… Пожалуй, только те названия, которые непосредственно указывают на Лион. Лионский вокзал Лионский кредитный банк… Ах, да, есть еще кинотеатр «Лион». И отель «Лион». Это на улице Сен-Дени, рядом с рестораном «Латойя».
— А улицы, площади? — настаивал Лесли.
— Что касается Лиона, не знаю. Зато множество примечательных мест Парижа прослеживают происхождение от Клерман-ле-Ферма, Виллер-Богажа и Базанкура…
Дама пустилась в длинные рассуждения о топонимике, окрашенные в печальные цвета ностальгии, но Лесли уже не слушал ее, лишь вставляя время от времени вежливо-восхищенные «О да, мэм».
Кое-что полезное он узнал. Хотя бы Лионский кредитный банк. В этом случае цифра «300» в записке Каннингхэма могла означать номер счета. Проверить первым делом — если счет не секретный, конечно. А кинотеатр? Номер места, где назначена встреча? Тогда он должен получаться от перемножения номера ряда на номер кресла — скажем, десятый ряд, тридцатое кресло, или наоборот. Но это ничего не дает, дата встречи неизвестна. Отель «Лион»? Апартаменты в отеле? Кстати, с отеля логично будет начать. Надо же где-нибудь остановиться, так почему бы не там. Это символично и послужит своеобразным талисманом, направленным на успех поисков.
Рейс 503 приземлился в аэропорту Шарль-деГолль поздней ночью, вернее, очень ранним утром — около трех часов. Лесли зафрахтовал такси, засунул чемодан в багажник и распорядился ехать к отелю «Лион».
Вычурные неоновые панно гостиницы изливали в ночь холодный огонь. Шумная улица Сен-Дени не спала — мертвый час здесь настанет в семь утра и продлится до полудня. Лесли снял спокойный двухкомнатный номер, выходивший окнами во двор, триста двадцатый, на третьем этаже. Так получилось случайно, но Лесли усмотрел некий знак в том, что номер 300 расположен в другом конце коридора.
Обстановка гостиной и спальни — мягкие зеленые и голубые тона, уютная мебель, стилизованная под начало века и, несмотря на это, гармонирующая с неплохой аудио— и видеоаппаратурой, — располагала к приятному ничегонеделанию. Лесли был слишком возбужден, чтобы просто улечься спать.
