- Наверное, вы правы, - сказал Шалимов. - Очень коротко так: на "Атлантисе" не было никаких технических повреждений. На нас напали террористы, убили весь экипаж. Мне удалось бежать, но меня преследуют. Когда я ехал в аэропорт, чтобы лететь во Францию, они обстреляли мою машину...
Шалимов твердо решил не упоминать о Саманте, пока не сориентируется в обстановке.
- Почему же вы обратились ко мне, а не к американским властям? спросил Корин, думая о Коллинзе: "Ай-ай, господин полковник, секретность дело святое, но не будь вы таким скрытным, глядишь, и я оказался бы более полезным вам..."
- Потому что я - уникальный свидетель, - пояснил Шалимов. - И это не обычный налет гангстеров. Такая операция невозможна без массы крупных и мелких информаторов во всех правительственных структурах. Если же террористы узнают, где меня содержат, тогда я и дня не проживу хоть в бронированном бункере со взводом охраны.
- И чем, по-вашему, могу помочь я, обозреватель радио? - Корин полез за сигаретами. В пачке сиротливо болталась одна, Корин рассудил, что космонавт вряд ли курит, и зажег ее сам.
- Именно тем, что вы журналист. Программа об этом превратит вас в звезду. Нашу смерть придумало правительство... - он прикусил язык, а Корин сделал вид, что злосчастная оговорка прошла мимо, и спрятался за дымовой завесой. Не время расспрашивать о том, кто еще уцелел. Когда Шалимов станет доверять ему больше, он все выложит сам.
- Мою смерть придумало правительство, - неловко поправился Шалимов, чтобы скрыть собственное фиаско и беспомощность перед террористами. За мной охотятся убийцы, а мы с вами устроим охоту на них. Ну, как? По-моему, это тема не для жалкой радиопередачи или статейки. Это тема для книги, самого потрясающего документального бестселлера в истории журналистики.
- Заманчиво, - сказал Корин. - Но что можем противопоставить мы вдвоем... Едва ли не всемирному заговору, по вашим словам?
- Я пришел к вам, потому что верю вам... Дима верил. Как у журналиста, у вас должны быть определенные связи... Или подходы... Словом, это ваша кухня, вам лучше знать. Мы обязаны найти выход на группу людей - в спецслужбах ли, в полиции или администрации - к которым мы... К которым я смогу питать доверие. Тогда я передам им информацию, ведущую напрямую к террористам, в обмен на заботу о сохранении моей жизни. А вы опишете все это в книге.
И тут Корин совершил ошибку, абсолютно непростительную для профессионала. Известие о том, что у Шалимова имеются важнейшие сведения для Коллинза, заставило его почти непроизвольно сделать то, что сам он всегда считал грубейшим промахом в работе, - поторопиться.
- Такие люди есть, - бухнул Корин без предисловий.
Шалимов искоса посмотрел на него:
- И почему я должен им верить?
- А почему вы доверились мне?
- Потому что вы рисковали собой, спасая моего брата в Москве...
Это было правдой. Но в Швейцарии Коллинз получил пулю, загоняя в угол вместе с Кориным банду доктора-убийцы Ферреро.
- Так кто же эти люди? - настороженно осведомился Шалимов.
- Фрэнк Коллинз, полковник ЦРУ.
Корин рассчитывал, что упоминание о ЦРУ произведет на Шалимова впечатление. И произвело, но совершенно противоположное рассчитываемому. Корин не учел, что в мозгу человека, получившего воспитание и образование в СССР, навсегда отпечатаны подсознательные матрицы, а в них запечатлен не самый привлекательный образ американской разведки.
Шалимов побледнел. ЦРУ! Корин хочет отдать его в лапы ведомства, где все продажны с ног до головы. Уж в ЦРУ агенты террористической организации наверняка чувствуют себя как дома. Какое счастье, что он не успел рассказать Корину о Саманте... Но как теперь выпутаться, черт... Неужели влип окончательно?!
Корин взглянул в побелевшее лицо Шалимова.
- Вам нехорошо?
Заботливый вопрос подсказал Шалимову ход.
Вместо ответа он прикрыл глаза и начал медленно сползать с сиденья. Встревоженный Корин наклонился над ним. Шалимов резко выпрямился и нанес ему сокрушительный удар ребром ладони по шее, вложив в него всю силу. Даже из неудобного положения удар вышел великолепный. Корин не успел среагировать, поскольку не ожидал выпада.
Без звука он повалился на рулевое колесо. Шалимов рывком распахнул дверцу и бросился бежать к ресторану. Редкие прохожие оглядывались на него с недоумением.
Лесли понял, что нельзя терять ни секунды. Вслушиваясь в разговор по-русски, он уловил имя Фрэнка Коллинза, а спустя какое-то время в машине произошла молниеносная схватка. Все равно, чего они там не поделили Шалимов удирает от Корина, это ясно. Лесли поможет ему.
Он швырнул бинокль, кубарем скатился по лестнице, прыгнул в "Сааб" и повернул ключ зажигания. Мгновение ему казалось, что двигатель не заводится, но мотор заурчал как обычно, и Лесли дал газ.
С визгом покрышек он затормозил перед астронавтом, перегородив машиной улицу, толкнул дверцу и крикнул (по-английски, разумеется):
- Садитесь, Шалимов!
Андрей остановился как вкопанный. Что происходит, кто выследил его? Террористы? Они бы стреляли сразу. Неужели ЦРУ? Неужели за ним следили от самого аэропорта? Но когда Корин...
