– Слушай, – Ричардс закатывает свои женоподобные ясно-синие глазки, – у тебя же все под контролем с этим сочинительством. Ты сам мне сказал, что песни закончены и прочитаны…
На этот раз я осекаю его ударом в голень, чтобы он не успел все испортить. Эштон затыкается.
– Твой босс доплатил тебе сверху за этот документальный проект, – напоминаю я. – Мне заплатил. Рори заплатил. Из-за тебя и ее работа может пойти коту под хвост. Когда мы закончим, прожигай бабки, накуривайся и занимайся с женщинами чем и сколько влезет. У тебя будет куча времени.
Он горько смеется.
– Ни у кого нет столько времени.
Я не собираюсь объяснять ему, что это выражение такое. Он не мой отпрыск. Так что просто смотрю на него и жду.
– Короче, Ирландия нагоняет на меня тоску, – ноет Эштон, закинув руку на лицо, как девчонка-подросток, которая только что выяснила, что парень, который ей нравится, тоже любит член. – Друг, ты живешь у черта на рогах. Не обижайся, но это так. Это, типа, научный факт.
– Ты хоть знаешь, что такое «научный факт»? – спрашиваю я, и тут Рори тактично вмешивается в нашу перепалку:
– Если мы по-быстрому управимся с проектом, то сможем поехать еще куда-нибудь. – Появившись рядом со мной, она хлопает в ладоши. – Каникулы.
– Правда? – Ричардс опускает руку, его глаза загораются.
Ощущение, будто мы ему родители, которые обещают поездку в Диснейленд, если он будет хорошо учиться. Только надо постараться, чтобы зачать такого, как он, потому что я встречал коз смышленее его.
Я дергаю плечом, не внося коррективы в обещание Рори, которое скоро придется нарушить.
Ричардс хмурится.
– Секс-рабыня должна заверить свое обещание в письменной форме. Я не хочу, чтобы она сбежала со своим парнем и всех нас облапошила.
Я поворачиваюсь к Рори, но ее рядом не нахожу. Думаю, ушла ответить на звонок. Наверное, ее парень хнычет, что увидеться все-таки не получится.
Когда я поворачиваюсь к Ричардсу, он вскакивает, застегивает джинсы и зажимает губами сигарету, хлопнув меня по спине.
– Спасибо, мужик. Ценю, что ты приехал за мной. У меня было странное ощущение, понимаешь? Будто я совсем тебе не нравлюсь. Будто мы не сработались.
Я скидываю его руку.
– Не так уж далеко от правды.
Дважды черт с чертовщиной.
Кэллам здесь. В этом здании. Принимает ключ от номера на стойке регистрации.
Уверена, тут замешана Саммер.
После сунутой мне Мэлом салфетки с изменениями и нашей внезапной поездкой в Грецию я вызвала Саммер на экстренную истерику. Рассказала ей о происшествии с шоколадным батончиком, что подтолкнуло ее наградить Мэла кличкой Мэл-приставала. Еще я услышала, как она ставит свой вибратор на зарядку, однозначно перебирая парней на «Тиндере» в поисках партнера на ночь.
– Пожалуйста, не делай глупостей. – Я закрыла глаза и запрокинула голову, молча обращаясь к небу с молитвами.
– О, милая, это мощно, – сказала она, – учитывая, что еще недели в Ирландии не прошло, а ты уже смачно накосячила. Я пытаюсь тебе помочь. Доверься мне, хорошо?
Я не знала, стоит ли ей доверять. До сих пор не знаю.
Я люблю Саммер, но у нее очень ясные, очень точные планы на мою жизнь, а я не всегда с ними согласна.
Скорее всего, она рассказала Кэлламу, где меня найти, и перенаправила его из намечающейся поездки в Ирландию в Грецию. А он, мой очаровательный бойфренд, решил меня удивить. Когда я получила от него сообщение, то не могла оставаться в номере, смотря за перебранкой Мэла и Эштона. Я быстро сбежала в лобби, кинулась Кэлламу на шею и притворилась, что в восторге от его приезда.
Как и должно быть.
– Любовь моя, я соскучился. Ты похудела? – Кэллам хмурится и усмехается. – Тебе идет.
Он наклоняется и привычным движением чмокает меня в губы. Поцелуй, как закрытый конверт, запечатывает на моих губах чувство вины.
Еще вчера днем Мэл целовал эти губы.
Сразу же после того, как ткнул в них шоколадный батончик, побывавший между других моих губ.
– Давай заселимся! – Я хватаю его за руку.
Я и так знаю, что расскажу Кэлламу о случившемся. И так знаю, что он наверняка и совершенно заслуженно расстанется со мной. Но мне еще предстоит выяснить, смогу ли я жить в мире с собой после того, как предала Кэллама.
Я устало тяну его к лифтам и, потыкав кнопку раз пятьсот, поворачиваюсь к нему с широченной фальшивой, искусственной улыбкой.
– Ура! – Я машу кулаком. – Классно, что мы снова вместе.
– Рори, – в голосе Кэллама тревога, брови сдвинуты, – ты пьяна? Ты же знаешь, что я не очень хорошо отношусь к распущенности на людях.
– Трезва как стеклышко, – нервно посмеиваюсь я.
Двери лифта открываются, и, безусловно, там стоит чертовски красивый для разлучника Мэл.
– Я искал тебя. – Выражение его лица смягчается, пока он не замечает за мной Кэллама, но потом…
Смотреть больно. Мэл выглядит разочарованным. Хотя у него нет никакого права.
