Из носа потекла кровь, в ушах уже давно шумело, но я с упорством осла продолжала, раз за разом шептать заклинание, продвигаясь все дальше. Никогда не думала, что, говоря про магию может открыться второе дыхание, но, когда оставалось совсем чуть-чуть и парень из мертвее мертвого, стал вполне живым, я сделала последний рывок, завершая цикл заклинания.
Теплые и такие уютные руки, которые меня тут же подхватили, заставили меня слабо улыбнуться.
— Закончила? Вот и прекрасно, а теперь давайте уже поедим, — заявил Барсик тут же снова оказываясь на плече Кира.
Вот честно, на этот раз я не удержалась от смеха, а Кир и вовсе, видевший лица присутствующих не смог сдержать улыбки, хоть и очень старался.
— Вообще, я бы тоже что-то поела, а то мы два дня не ели, — решила поддержать, обидевшегося фамильяра я.
Его тут же засветившееся морда, заставила меня улыбнуться, хоть я и очень старалась остаться серьезной.
В этот момент парень очнулся и удивленно подскочил на ноги.
— Но, это же невозможно! Повезет, если после такого укуса пострадавший через месяц встанет на ноги… — пораженно сказала та самая вторая ведьма, которую поддержал подошедший мужчина, видимо зельевар.
Целитель никак это все не комментировал, он просто проверил состояние и радостно покивав тут же оказался рядом со мной, протягивая восстанавливающий настой. Судя по всему, он прекрасно понял, что целительской магией меня не вылечить.
— Спасибо, — сказала я, все еще находясь на руках у Кира.
Тот опять только кивнул и отошел.
Вэйн ли Хайрмор уже начал странно на нас с Киром посматривать, из-за чего мне стало неуютно.
— Может отпустишь меня? — тихо спросила я.
— С чего это вдруг? Я тебе противен, не нужен? Жалеешь, что правда раскрылась? — холодно сказал он, проследив за моим взглядом.
— Что? — оторопела я от его слов.
— Понятно, — кинул Кир, ставя меня на ноги и быстрым шагом уходя в лес, не давая мне и шанса все объяснить.
— Что это с ним? Ты в порядке? — удивленно спросил Барсик, уже жующий какую-то булку, не понятно откуда взятую.
— Все нормально, я сама виновата в том, что так поступила и врала ему, — тяжело вздохнула я, провожая взглядом направление, в котором исчез барс.
— Амина? Я Вэйн ли Хайрмор, и я бы хотел выразить глубочайшую благодарность за спасение одного из нас, — протянул мне руку мой биологический отец.
Я была слишком уставшей, чтобы думать еще и об этом, поэтому просто пожала его руку и кивнула. Больше всего мне не хотелось, чтобы ко мне сейчас приставали с какими-то вопросами, поэтому я была благодарна, когда меня отвели в дом, накормили бутербродами с чаем и показали, где можно лечь спать. Завтра нам предстояло вернуться обратно в Авим, и я очень надеялась, что получиться поговорить с Киром.
— Он ведь меня простит? — спросила я у Барсика, засыпая.
— Конечно простит, он же твой истинный, — заверил меня он, а я начала проваливаться в сон.
То, чего я не видела, так это того, что, отвечая мне на вопрос, фамильяр укоризненно смотрел на Кирэна, который только что вошел в дверь, как раз вернувшись из леса.
16. Не Авим.
Я стояла на высокой скале смотря как за горизонт садиться кроваво красное солнце. Осознавать, что время пришло было очень страшно. Впервые в чертогах своей души я была одна и на этот раз мне предстояло либо победить, либо потерять себя.
Не знаю почему в нашем мире так мало об этом говорят, на мой взгляд об этом должен знать каждый, тогда возможно не было бы столько жаждущих получить огромную силу. Как когда-то говорила моя бабушка, чем больше сила, тем сильнее должна быть воля и самоотверженнее сердце. Тогда я не совсем понимала эти слова, принимая их за чистую монету того, что чем больше сила, тем больше ответственность, но несколько лет назад, когда я окончательно начала скрывать мою силу и не позволять ей развиваться, я на самом деле поняла, что же имела в веду бабушка.
В тот день я была на последнем курсе академии и особо занятия не посещала, так как многое сдавала экстерном. Тем не менее я всё равно успела завести пару друзей, ну и без «врагов» не обошлось. Та девушка невзлюбила меня с самого начала, как узнала о моем существовании, мне в принципе было все равно, но только до тех пор, пока она не решила опорочить мое имя перед преподавателями и ректором. Ловко расставленную ловушку я не заметила и можно сказать со всего размаха в нее залетела.
Все выглядело так, как будто я столкнула одного первогодку с лестницы, якобы позавидовав его происхождению, как это было преподнесено с ее стороны. Вначале я не особо волновалась, так как знала, что я не виновата, но, как и оказалось, «свидетели» были липовыми и поддержали вовсе не меня. Я получила незаслуженное наказание и впервые за свою жизнь затаила настоящую обиду.