- Сколько себя помню.
- Заканчивал художку?
- Самоучка.
- У тебя талант…на мой взгляд, – поправляюсь я, – я не знаток живописи, но все что ты делаешь потрясающе. Пожалуй, закажу тебе портрет своего сына.
- Клиентская база пополняется, – смеется Макс.
- Кстати, а где ты их находишь, клиентов имею в виду?
- Через знакомых, через офис.
- Офис?
- Дизайн-студия. В основном я там работаю. Внештатный сотрудник.
- А не в основном?
- Слушай, болезнь тебе только на пользу, разговорчивая такая. Болей чаще.
- Спасибо. Ваша доброта не знает границ! – язвлю я.
Стинг оповещает о входящем звонке.
- Здорова, Толстый!
- Дома.
- София у меня. Нормально, только потеет как беговая лошадка, – Макс хохочет. Ушам своим не верю, что об этом он говорит Кириллу. Строю самое злое лицо.
- Ладно, Толстый увидимся. Если конечно я выживу. Что-то София не в духе! – слушает, что-то говорит в ответ Кириллу, смеется и завершает звонок.
- Значит беговая лошадка, – делаю обиженное лицо.
- Это твои слова, если помнишь.
- Не помню, – вру я, – зачем ты это делаешь?
- Только не говори, что обиделась, это же шутка. – Макс удивленно смотрит на меня.
- Зачем ты заботишься обо мне? – наконец-то я озвучиваю вопрос, который не дает мне покоя с первого дня нашего знакомства.
- Не знаю, – Макс пожимает плечами. Протягивает мне батончик КитКата.
- Не знаю, зачем ты это делаешь, – к сожалению я не получаю долгожданного ответа, разворачиваю батончик, – но я бы хотела иметь такого заботливого брата как ты.
- Вот поэтому я это и делаю, – глаза Макса горят, словно он разгадал загадку. – Если бы ты вешалась на меня как другие девчонки, я даже пальцем не пошевелил. И еще, – моя рука с батончик замирает на полпути, – ты выбрала меня, а не единственную подругу, - чокаемся кружками.
В три часа Макс уезжает на работу. Я лежу, слоняюсь по дому, смотрю музыкальные каналы, звоню бабушке. Потом засыпаю. Просыпаюсь от звонка Ани. С ней разговариваю минут 20. Макс возвращается ближе к девяти.
- София?
- Я на кухне, – снова высокая температура.
- Не скучала, надеюсь? – спрашивает Макс. Прислоняется к столешнице.
- Самую малость, – растягиваю губы в улыбке. – Голоден? Я нашла БигБон. – замечаю след от красной помады у него на шее. Беру салфетку и протягиваю ему. Слегка касаюсь указательным пальцем до его шеи. – Испачкался.
- Ой! – резкими движениями проходится по шее, но в итоге еще больше размазывает. Я хихикаю. Макс уходит в ванну.
Судя по льющейся воде, Макс отмывает следы от помады не только на шее. Набираю в чайник воду. Спустя 15 минут появляется Макс. Заливаю БигБон кипятком, параллельно расспрашиваю его о работе. В офис Макс ездит, чтобы отвезти или принять заказы. Сегодня было и то, и другое.
- После учебы, чем планируешь заняться?
- Не знаю, так далеко не загадывал.
- Осталось несколько месяцев, – возражаю я.
- А ты? Пойдешь в школу?
- Нет, – смеюсь. Макс удивленно вскидывает бровь, – я хочу пойти по стопам отца. Он защитил кандидатскую диссертацию по Русской литературе.
- Боже! Ты что из династии филологов? – Макс смеется.
- Да,– улыбаюсь ему, – хотя, мой дедушка был учителем математики. Ты сам собрал библиотеку? – вспоминаю книги у него в комнате.
- Кое-что я, но многие принадлежали бабушке.
- Она тоже была филологом, – смеясь, спрашиваю я.
- Нет, – Макс встает, чтобы налить себе кофе, а мне чай, – просто любила читать. Она всю жизнь проработала медсестрой в детской больнице.
Когда он вспоминает бабушку, его глаза тускнеют. В них скрыта боль и грусть. Что же терзает тебя?
- Будешь спать?
- Пока не хочется.
- Может, фильм посмотрим? – предлагает Макс.
- Давай, - мою посуду, пока Макс курит.
В зале садимся на диван в нескольких сантиметрах друг от друга. Я подбираю под себя ноги. Ноги Макса изображают четверку.
- Ты какие фильмы предпочитаешь? - щелкает каналы.
- Комедии, мелодрамы, – слышу смешок. Толкаю локтем в бок, – а ты?
- Ужасы, фантастику, триллеры. А вот то, что надо, – смотрю на экран, но фильм мне не знаком. – Нам повезло – это первая часть, – кладет пульт на диван справа от себя.
- Что за фильм?
Макс улыбаясь, смотрит на меня.
– Любовь в большом городе.
- Ужасы говоришь, фантастика. Ну-ну, – дразню я.
- Могу ужасы найти, – тянется к пульту. Я останавливаю его, хватая за руку. Макс смеется.
- Это же Киркоров! – пищу я, когда вижу знакомое лицо. – Не знала, что он в кино снимается.
- А я думал, ты не знаешь ни одного певца, - снова получает локтем в бок.
- Бабуля слушает его.
- Мне нравится его песня «Снег», - приподнимаю бровь, - потом скину тебе, хорошо?
Минут через 20 я клюю носом. Прислоняю голову к спинке дивана. Я слышу, как Макс смеется, но уже не понимаю над чем. Я смотрю одним глазом. Вскоре и он сдается.
- София! – такое ощущение, что я в шахте. – София! – а теперь меня поднимают на лифте. – София! - голос звучит отчетливо.
- М-м…– открываю глаза. Телевизор выключен. Моя голова и плечо опираются на что-то. На Макса! Сон как рукой сняло. – Извини, – поднимаю голову. Шею сводит. Разминаю руками.
- В другой раз посмотрим, – Макс поднимается с дивана, – уже поздно.
