Кого мне благодарить за своё спокойствие? При встрече обязательно пожму руку этому герою. Да ему просто памятник прижизненный нужно поставить! Жить с Кассандрой – то ещё удовольствие: она, в своё время, попила достаточное количество моей крови. И я благополучно передал эстафету ничего не подозревающему последователю. Бедняга, он, скорее всего, плохо её знает, или Кассандра хорошо маскируется. В припадке ревности она превращается в фурию. Даже страшно вспоминать. Они с Кирой совершенно ни чем не похожи. Разница ощутима и даже осязаема!
– О! Он чудесный! – Кассандра залилась в эпитетах по отношению к своему будущему мужу, из всей её тирады я понял, что зовут его Грегоир Ламберт, и он француз. Практически тридцать лет. Возможно, она будет с ним счастлива. Но это уже ко мне не относится: у меня своя семья.
Я добродушно поздравил её с таким уловом, и мы ещё минут двадцать посидели, вспоминая и смеясь над нашей прошлой жизнью. Это было весьма дружелюбно. Я не смог расслабиться до конца в её присутствии: в воздухе всё равно летало напряжение, не такое, как прежде, но весьма неприятное. На прощание Кассандра пожала мне руку и, попрощавшись, направилась к своей машине, где её поджидал водитель.
Вернувшись, домой, я не мог найти себе места! Ехать к родителям мне не хотелось. Посмотрев на часы, я понял, что Кира ещё в воздухе, и набирать номер бесполезно, поэтому я набрал Фиби, уповая, что в 21:00 она ещё дома и никуда не сбежала со своим новым дружком. В отличие от Киры, Фиби решила поехать в Оксфорд за один день до начала учебного года, и это должно случиться только через несколько дней, так как у них свой регламент.
Через несколько, долгих для меня гудков Фиби приняла звонок.
– Крис? – удивление в голосе смешалось с тревогой.
– Давай как в старших классах. Закажем кучу, пиццы и стащим бутылку хорошего вина у родителей?
Фиби залилась смехом.
– Ок! С меня бутылка – с тебя пицца! И смотри не проболтайся! Я постараюсь: умыкну одну, – Фиби вошла в роль, и это заставило меня улыбнуться.
Хорошо, что у меня остался человек, с которым я могу просто так скоротать вечер. Это мне было нужно для того, чтобы помочь себе и сестре. Хочу разобраться, к чему быть готовым. Я, к сожалению, обещал Кире не лезть в развитие этих «отношений», но знать-то я могу?! Может быть, у меня получится вытолкнуть его из жизни сестры. Переживаю, я просто очень сильно за неё переживаю.
Глава 18
Фиби прилетела практически через 40 минут, код от нашей квартиры она знала, поэтому без труда попала внутрь. По сути, я провёл в одиночестве не больше часа, но и это время казалось мне вечностью. Можно было поехать в дом родителей, но я решил скоротать этот вечер в городской квартире. Просто потому, что там, там всё об неё напоминает.
Я уже расположился на полу в гостиной, перед огромным плазменным телевизором. Считая секунды до встречи со своей взбалмошной сестрой. Надеюсь, она поможет мне избежать тоскливого вечера в одиночестве. В такие моменты я начинаю чувствовать себя брошенным и одиноким. От части меня действительно бросили. Я, возможно, смогу вырваться в Бостон через месяц, но целый месяц! Боже целый месяц. Моя любовь к жене напоминает собой болезнь, острую с частыми рецидивами.
– Та-дам! – Фиби с победной улыбкой проскользнула в комнату и, тряся бутылкой, плюхнулась на пол рядом со мной, едва не завалив нас обоих на белый ковролин.
– Ну, как Штирлиц, тебя не рассекретили? – насмешливым тоном спросил я.
– Дело мастера боится! – захихикала Фиби и вручила мне «Болонже». Вот уж действительно умыкнула!
Наступила самая интересная часть нашей посиделки, а именно выбор фильма. Что касается жанра, так это всегда был ужастик, никаких мелодрам или драм! Фиби в прямом смысле смеялась над ними, трогательная история любви, всё это не для нашего с ней просмотра. Как правило, фильмы были о зомби или еще, о какой-нибудь подобной чуши.
За последний месяц Фиби стала замкнутой. Это факт меня тревожил. Моя жизнерадостная и лёгкая на подъем, сестра вдруг превратилась в скучающую домоседку, что на неё не похоже. Есть над, чем подумать! Не то, что бы это было плохо, но мне казалось, что здесь что-то не так. Я стал подозревать неладное. Может быть это через, чур, но для меня это не аргумент. Раньше я хотел, чтобы она была сдержанна и осмотрительна, сейчас я склоняюсь к обратному. Мне стало не хватать взбалмошности, всё-таки я провёл в борьбе практически 22 года.
Да, мы уже давно не дети, а так иногда хочется вернуться туда и, бегая за мечом по лугу около нашего дома и не думать каждый раз, как захватить или подвергнуть разорению конкурентов. Раньше я считал всю свою работу «романтикой», сейчас чувствую небольшое разочарование от рутины, но менять род деятельности не намерен, это семейное дело. Тут я как рыба в воде. Может быть, на меня действует внешней фактор, например, такой как Фиби. Я сильно переживаю за неё. Да у меня есть младшая сестра Джейн в ней я души не чаю, но Фиби для меня так же любима.
