Кира непрерывно смотрит на потолок, по выражению лица невозможно понять, о чём она сейчас думает. Я боюсь даже дышать. На височной области виднеется кровяной подтёк. Ещё несколько ссадин на шеи и плече, скорее всего из-за того, что при ударе разбилось в дребезги стекло со стороны пассажира, ведь удар был в её сторону. Я стараюсь не смотреть на неё пристально, кому бы понравилось, что его разглядывают, ища изъяны. Рука безжизненно лежит на краю больничной кровати. Резкий запах лекарств смешался с запахом её духов. Единственный звук, который разряжает обстановку это подключённый аппарат, позволяющий отследит состояние здоровья сердечной мышцы. И становится невыносимо больно, больно смотреть как жизнерадостный и чистый во всех отношениях человек, превратился в практически безжизненный труп. Бледная кожа, глубокие синяки под глазами, веки даже не закрываются, она просто смотрит в потолок…
В тишине проходит порядка трёх минут. Три мучительные минуты.
– Как ты себя чувствуешь? – шепчу я.
Кира медленно поворачивает голову ко мне, в глазах застыл свинец. Она безжизненно смотрит на меня, такое ощущение, что перед ней не человек которого она знает, а кто-то неизвестный. Я неуверенно беру её за руку, Кира всё ещё молчит, смотря на меня в упор. И мне становится не по себе, я никогда не видел, чтобы она смотрела на меня вот так… так отчуждённо. И я не знаю что это, может быть шок? Со своего лица я не могу стереть эмоций, сейчас я боялся, глаза застыли на лице Киры, я даже не в силах моргать.
– Ты меня помнишь? – я подношу бледную руку к губам и оставляю лёгкий поцелуй на костяшках пальцев.
– Ты…, – хрипло произносит Кира, голос спокойный и уверенный. Она словно на заседании арбитражного суда и я мысленно молю, чтобы прозвучал оправдательный вердикт. – Ты – Крис. Мой любимый деспотичный муж. Тебя сложно забыть, я даже не старалась. – Она слабо улыбается.
Я глупо улыбаюсь и снежный ком, упавший с моих плеч вдребезги разбивается о скалы…
– Кира, милая, прости меня. За моё упрямство… я … – я хмурюсь не находя нужных слов и опускаю свою голову на край кровати, всё ещё держа её руку в своей.
– Почему я должна тебя прощать? Что-то случилось?– вопрос выбивает меня из колеи.
– Что последнее ты помнишь? – мой голос тих.
Кира хмурится и снова смотрит в потолок.
– Я готовлюсь, кажется к сдаче эссе. У меня экзамен. Точно! У меня внеплановый экзамен! Я должна сдавать … сдать… – Кира снова повернул голову на меня и я понимаю, что она вернулась на землю обетованную. – Психология, зачем юристу вообще изучать психологию, какой ненужный предмет, ты так не считаешь? – она поднимает бровь, сама, удивившись своим ответом или просто пытается пошутить? Заметив моё смятение, она добавляет. – Да шучу я, улыбнись. – Кира легонько сжимает мою ладонь.
Я облегчённо вздыхаю. Кира слабо улыбается и бледное лицо немного озаряется. Теперь она не кажется мне настолько измученной. Ужасный синяк проглядывает из-под повязки на голове. Тёмно-фиолетовые круги под глазами, очень усталый вид. Рука ледяная, меня обжигает антарктический холод. Нижняя губа немного опухла, но видимых повреждений нет. Состояние вполне нормальное, учитывая обстоятельства. Хотя как я могу оценить, если совершенно ничего не понимаю в медицине и начинаю злиться на себя, за то, что ни хрена не знаю....
– Я была неправа. – Тихий шепот разрывает тишину, я смотрю на Киру, а она тем временем продолжает. – Но ты не дал мне возможности реабилитироваться. – Кира слегка улыбается, но глаза не выражают эмоций. – Мне, бесспорно, льстит твоя ревность, но она не имеет под собой весомой подоплёки. Джастин для меня прошлое, я думала ты это понимаешь…
– Не думай об этом, тебе нельзя волноваться. – Я снова целую костяшки пальцев и прикладываю ладонь к своей щеке, наслаждаясь прикосновением.– К чёрту это всё, я больше не хочу об этом ничего слышать. Забудь. – Опять я включил несносного ублюдка. Чёрт!
Кира шумно выдыхает и на губах появляется тень улыбки.
– Упрям, как и всегда. – Спокойно добавляет она.
– Есть возможность меня приручить.– шепчу я и опускаю глаза на бледную ладонь.
– Ты колючий. – В голосе слышится теплота, я пожимаю плечами, не зная, что сделать ещё. Я окончательно потерялся. – Но мне нравится. – Кира прикрыла глаза. – Я то думала, что окажусь в больнице не раньше чем через 9 месяцев. – Снова улыбается, я закатываю глаза. « О чём ты только думаешь!» – мысленно кричу на неё, но на деле не показываю истинных эмоций.
– Это не то, над чем сейчас нужно сетовать. – Тактично намекаю я и Кира реабилитируется сразу же.
– Врач сказал, что мне нужно будет провести здесь ещё какое-то время… – удручённо вздыхает Кира и улыбки как не бывало. – Когда ты возвращаешься?
– Я буду здесь с тобой, так что можешь с этим смириться.
– Вот уж не думала, что тебе улыбается перспектива сменить костюм на больничный халат. – Саркастически заявляет Кира
Я сразу же перестаю улыбаться и осуждающе смотрю на неё.
– Что ты несёшь! – и сразу же жалею, что мой голос сорвался на крик. – Это моя обязанность. – Тихо добавляю я.
