– Я хочу подарить вам вот что.
Он протянул ей ладонь, зажатую в кулак, и медленно разжал пальцы. На ладони лежала потрепанная и мятая розовая лента.
Мария смотрела на ленту, чувствуя, как у нее к горлу подступает комок.
– Она принадлежала человеку, которого я очень любил. – Джейк потупил взгляд. – Я хочу подарить ее вам.
Он стоял перед ней, такой одинокий и испуганный, с протянутой рукой и поникшим лицом, что Мария едва справилась с нахлынувшими на нее эмоциями. Ей хотелось броситься к Джейку, заключить в свои объятия и сказать, как много его мятая ленточка значит для нее, но она боялась напугать его.
Когда он поднял голову, она увидела, что в глазах мальчика стоят слезы.
– Вы будете ее носить?
– Я буду носить ее с гордостью, Джейк. – Он взял ленту и вплел ее в косу.
– Вот так, – оценил он и отступил, чтобы полюбоваться своей работой. В его зеленых глазах она увидела ту же нежность, которая переполняла и ее сердце.
Ей так много хотелось сказать ему прямо сейчас, но голос ее не слушался. Она давно ни с кем не делилась своими чувствами и разучилась. Поэтому она просто стояла и смотрела на него в надежде, что он сумеет прочесть ее мысли.
Он медленно ей улыбнулся.
И у нее мелькнула безумная мысль, что он, наверное, сумел.
Мария наблюдала из окна кухни, как темное ночное небо постепенно окрашивается на горизонте розовыми проблесками рассвета.
Она завороженно следила за тем, как светлели поля, как засверкала роса на пожухлой траве и на заборе. Клео понуро стояла возле ворот конюшни в ожидании корма. В морозном воздухе виднелись облачка пара, поднимавшиеся над ее мордой.
Со дня на день выпадет первый снег и покроет спящую землю сверкающим девственно-белым слоем.
Ферма подготовлена к зиме. Осенние работы закончены, фрукты собраны, запасены и обработаны, поля готовы для зимовки.
А Бешеный Пес все еще жил на ферме.
Мария до сих пор не могла в такое поверить. Каждое утро она первым делом подбегала к окну и отдергивала занавески. И каждое утро она видела, как из трубы садового домика в небо поднимался дымок.
Сегодняшний день не исключение.
Она приблизила лицо к стеклу, чтобы получше разглядеть маленький белый домик. Один его вид наполнял ее почти невыносимой надеждой. Они проведут вместе еще один день. По крайней мере, еще один.
Насвистывая, она открыла буфет и достала яйца и бекон.
За спиной раздался скрип ступеней, а потом медленное шарканье тапочек Расса.
– Доброе утро, Мария, – поздоровался отец сонным и хриплым голосом.
– Доброе утро, Расе. – Мария налила отцу чашку горячего кофе. – Вот, выпей пока. Завтрак будет готов через пятнадцать минут.
Расе опустился на стул и взял из рук Марии кофе. Обхватив чашку дрожащими негнущимися пальцами, он поставил локти на стол и с удовольствием сделал большой глоток.
– Надеюсь, я успею его выпить, до того как ты подашь завтрак, – произнес он свою обычную жалобу, которую повторял каждое утро.
– Дай мне знать, когда можно будет подавать, – привычно отозвалась Мария и стала нарезать ровными кусочками бекон.
Входная дверь скрипнула и снова закрылась. Вошел Джейк.
– Доброе утро, Расе, Мария.
Мария обернулась к мальчику с улыбкой:
– Сегодня я готовлю то, что ты любишь.
– О Боже, Мария, – простонал Расе. – Неужели опять оладьи с яблоками?
– А Джейк их любит.
Расе изобразил на лице отвращение:
– Я знаю, но нельзя же их есть каждое утро. Неужели ты не любишь ничего другого, сынок?
– Еще я люблю пончики с яблоками, – признался Джейк.
Расе покачал головой:
– Тебе на роду написано жить на ферме с яблоневым садом.
– Думаю, что на нашей ферме, – улыбнулась Мария. Слова Расса вызвали у нее бурю эмоций.
Джейк посмотрел на Марию и перестал улыбаться. Ей даже показалось, что в глазах мальчика блеснули слезы.
– А мне больше негде жить.
Мария положила нож и вытерла руки о передник.
– Здесь для тебя всегда будет дом, Джейк. Надеюсь, ты знаешь. – Она взглянула на Расса и добавила: – Ты нужен нам. Становится холодно, и я подумала о том, что тебе пора перебираться в дом, в гостевую комнату на первом этаже.
– Спасибо. С большим удовольствием. – Все трое замолчали.
Но тут входная дверь снова скрипнула и с шумом закрылась, послышался стук каблуков по деревянному полу.
– Господи, – услышали они голос Бешеного Пса, – неужели опять оладьи с яблоками?
При виде Бешеного Пса, стоявшего в небрежной позе на пороге кухни, сердце Марии наполнилось тихой радостью. Его появление повторялось каждое утро. Она боялась даже подумать о том, чтобы спросить его, чувствует ли он здесь свой дом. Надо довольствоваться тем, что пока они вместе.
– Ты слишком балуешь ребенка.
– Если бы ты сказал, какое у тебя любимое блюдо, я бы и тебя баловала, – отозвалась Мария.
– Как насчет того, чтобы плеснуть мне немного текилы? – с вызовом спросил он.
Расе фыркнул:
– Еще один блинчик с яблоками – и я, пожалуй, присоединюсь к Бешеному Псу.