— А то знаете, к нам часто тут из отдела наведываются. Лучше бы преступников ловили. Тоже молоденькие девочки есть. Но таких, — бабушка Ани одобрительно посмотрев на Ингу, — там нет.
Что ж, когда неформальный стиль по достоинству оценивает человек раза в три старше, это приятно втройне. Инга невольно прониклась уважением и симпатией к Аниной бабушке и честно ответила:
— Я из газеты…
Та оценила откровенность Инги и перешла на «ты»:
— Ну, входи, дочечка!
Пока бабушка Ани снова не сменила милость на гнев, Инга проскользнула в коридор, откуда последовала за голубым халатом с ромашками на кухню. В противоположность кухне Аникшиных здесь были и салфетки, скорее всего, бабушкой Ани и связанные, и герань на подоконнике, и плющ, почти добравшийся по веревочке от одной стены к другой… Говорят, плющ в доме — к ссорам.
— Так зачем тебе эта Марина? — между «эта» и «Марина» Анина бабушка сделала небольшую паузу, наполненную отчаянной неприязнью к внучкиной подружке. Инга почувствовала, что Анечкина бабушка обрела в ее лице союзника, и расскажет об «этой Марине» все, что знает и, может быть, даже, что не знает… Конечно, если это не навредит внучке.
— Мне в общем-то нужна даже и не Марина, но она была в гостинице, когда, может слышали… — сбивчиво начала объяснить Инга и остановилась чуть ли не на полуслове… Наверное, что-то в этом роде испытал Архимед, когда на голову ему свалилось яблоко. Марина, пресс-конференция, гостиница «Октябрь» выстроились в логическую цепочку. Горякина! Эту фамилию не далее, чем вчера, ей называл администратор «Октября».
— Марина была в гостинице с Аникшиным, экстрасенсом, в день его смерти, — собравшись с мыслями, закончила Инга.
— С тем самым Аникшиным?
Анина бабушка обрадовалась. Потом спохватилась.
— Да чего ждать-то от этих Горякиных? Родители алкоголики. Отец вон спился. На том свете уже. Мать спивается. Вот и Марина такая же выросла. Школу еще не окончила, а уже вся затасканная. Вы ее видели? — почему-то снова обратилась к Инге на «вы» Анина бабушка. Инга кивнула. — Наркоманка, распущенная… Вот и за сектантом этим моталась повсюду. И мою Анечку… — на лице старушки четче обозначились морщины. — С толку сбила. А она ведь раньше у нас отличница была!
Инга понимающе покачала головой. Конечно, пятерки не главное в жизни. Но вряд ли найдется бабушка, которая была бы рада, что ее внучка водит дружбу с наркоманами и сомнительными «сектантами».
— Это Марина познакомила Аню с Аникшиным?
— Она, она, — сокрушенно покачала головой бабушка Ани. — Как вас зовут?
— Инга. А вас?
— Антонина Петровна… — с достоинством представилась бабушка Ани. — Вот Инга, что я тебе скажу… Негодяя этого я бы сама своими руками удавила, да сдох, гад.
Антонина Петровна даже напрягла и подняла ладони, демонстрируя Инге, как задушила бы Аникшина.
Пушистая белая кошка, полная осознания собственной красоты, важно прошествовала на кухню и бесцеремонно запрыгнула на колени Инги.
— Что, Шейла, пришла проверить, кто к нам пришел? — посветлела Антонина Петровна.
Инга погладила кошку.
— Просто не знаю, что делать с Анечкой, — снова помрачнела Антонина Петровна, моментально забыв о кошке. — Такая умница была. Бывало, слова плохого не скажет. И вот… За что нам такое? Олечка говорит, есть такая секта самоубийц, — всплакнула бабушка Ани. — Оля — это моя дочь… Так мы боимся, что этот антихрист нашу Анечку в эту секту заманил.
Антонина Петровна опустила жемчужную голову.
— А ваша дочь узнавала, что это за секта?
— Говорит, по телевизору слышала, что есть такая в Москве и еще где-то. Может и у нас есть, но спрашивали везде — никто не знает.
Да, наверняка, Ольга тоже может рассказать немало интересного. Если захочет, конечно…
— А дочь и зять, наверное, на работе?..
— Олечка уже четыре года в Греции — сиделкой работает. Приедет на месяц и опять уедет. Она у меня медсестра. А отец Ани с нами давно не живет. Тоже где — то в Москве, на заработках.
Инга вздохнула. Значит, не такая уж и благополучная семья, как рассказывала попутчица.
— А Аня где сейчас? В школе?
— Какой, в школе! — махнула рукой Антонина Петровна. — В школу она вот уже месяц не ходит. Вот и учительница Анечкина Любовь Васильевна приходила, предупреждала, что Анечку до экзаменов не допустят. Я и не знаю, где она пропадает. Неделями дома не бывает. То с друзьями где-то, а все больше с этой Мариной и сектантом этим, то где-то на рок- концертах…
Пожилая женщина еще больше выросла в глазах Инги. Не каждая бабушка непринужденно употребляет такие слова.
Хотя с такой внучкой…
— А вы не знаете, где проходят эти рок- концерты? — с надеждой спросила Инга, хотя… Если бы семидесятилетняя женщина знала еще, и где проходят рок- концерты, наверное, это было бы уже слишком…
— Разве ж она мне докладывает? Может, чайку поставить, — спохватилась Антонина Петровна.
— Нет, нет, не беспокойтесь, пожалуйста… А где живет эта Марина, вы знаете?
