— Конечно, знает, — еще более натянуто улыбнулся человек в черном. — Я очень благодарен администрации гостиницы за то, что любезно разрешили мне провести здесь пресс-конференцию. — На лбу странного гастролера выступили капельки пота. — И главное, что я хочу сказать, вам, всем людям, — человек БЕССМЕРТЕН. Смерть — это иллюзия. Но только посвященным дано это понять. Человек может жить вечно. — Мужчина в черном начал задыхаться. Согнувшись, судорожно вцепился в стол.
По ковровой дорожке, вдоль по коридору, извиваясь, уползала гремучая змея.
— Что с вами? Вам плохо? — обступили странного гастролера журналисты. — Скорую!
Кто-то бросился к телефону.
— Что здесь происходит? — вверх по лестнице поднимался директор гостиницы, Григорий Долидзе. Смуглое полное лицо грузина было бледным, как мрамор. Следом шли оператор «Темпа» и рыжий журналист с тосолом и ацетоном.
В конце коридора раздался испуганный визг. Кто-то увидел гремучую змею.
— Милицию, — еще больше побледнел директор. — Вызовите милицию.
На рецепции уже набирали «02».
— Поймайте… поймайте змею, — прохрипел человек в черном с пеной у рта и закатил глаза.
Толпа журналистов высыпала в моросящие октябрьские сумерки.
Последней вышла девушка в темно-зеленом свитере и короткой джинсовой куртке, с необыкновенно ярким, малиновым цветом волос.
— Вы не знаете, что там случилось? — обратилась к ней случайная прохожая, немолодая полная женщина, чье внимание привлекли милицейская машина и «скорая» у входа в гостиницу.
— Отравился экстрасенс, — спокойно, почти равнодушно ответила девушка с красными волосами.
— О, Господи… — расстроилась женщина.
Девушка с красными волосами неспеша раскрыла серо-голубой зонтик, глубоко вдохнула влажный осенний воздух.
Сохранять спокойное выражение лица, даже в одиночестве, что бы там не творилось в душе, уже вошло в привычку, это была не первая и не последняя трагедия, которая разворачивалась на ее глазах. Девушка с красными волосами работала в газете «Криминальная хроника».
Вдох-выдох. Не думать ни- о- чем. Ни о чем не думать не получалось. В голове звенело «я собираюсь жить вечно». Самоубийство? Как монстры- муравьи с горящим глазами, сновали по переплетениям дорог автомобили. Хотя при чем здесь муравейник… Вдох-выдох… Куда уползла эта гремучая змея?
Больше всего на свете девушка с малиновыми волосами боялась змей.
Полупустая маршрутка, но домой нельзя. Проклятый зануда! 18.00. Вторник. Еженедельная планерка. Что может быть скучнее и бесполезнее, чем обсуждать уже вышедший номер?
Но… после промозглости, проникающей внутрь, как змея (опять змея!) кабинет «проклятого зануды» кажется даже уютным.
— Опять одни «кирпичи». Где информации? Я спрашиваю, где информации? Я что, не говорил, с каждого по три- четыре информации. Это кроме больших материалов. Или что у нас все на правах писателей? — главный редактор «Криминальной хроники» явно пребывал не в самом безоблачном настроении.
Девушка с малиновыми волосами неслышно проскользнула на свое обычное место, у горшка с лимоном, который сама вырастила из косточки. Два года назад, когда она только пришла в редакцию, поспорила с «матерым» журналистом Денисом Новиковым: вырастет, не вырастет. А как вырос!
— Опаздываете, Инга Николаевна!
Если «проклятый зануда» обращается по имени — отчеству, значит он не просто зол, а вне себя от злости.
— Экстраординарные обстоятельства, Константин Иванович, — с иронией в голосе ответила Инга.
Когда она в последний раз называла Балоцкого по имени- отчеству? Может быть, месяц назад. При а- на- ло- гич- ных обстоятельствах.
Инга вздохнула.
— Фокусник… или экстрасенс… Никто толком не понял, кто он на самом деле… Умер в «Октябре» от укуса гремучей змеи. Или отравился ацетоном. Может быть, керосином. Пока ничего не ясно. Похоже, несчастный случай.
— Это этот, который собрал пресс-конференцию? — заметно повеселел и оживился Балоцкий.
— Да.
— А гремучая змея — настоящая?
Светка, когда удивляется, слишком округляет глаза, как будто изображает удивление. Наверное, чтобы ее и без того большие, темные глаза казались совсем огромными, как ночь. Не удивительно, что пред этими двумя полными полупритворного удивления безднами, не устоял Балоцкий, оставил первую жену с годовалым ребенком.
— Похоже, что да.
— Где, интересно, он ее взял? — темные глаза Светки стали еще больше.
— Об этом его спрашивал и Кирилл, не помню фамилию… Светленький, с ТВЦ… Андреев, кажется. Но ответить экстрасенс… или фокусник не успел.
— Откуда этот сумасшедший? — задумчиво почесал бритую голову Балоцкий.
Инга назвала районный город, в котором родился парапсихолог.
— Завтра едешь в командировку, — задумчиво распорядился Балоцкий.
Инга вздохнула. За два года работы в «Криминальной хронике» ей не раз приходилось интервьюировать близких родственников погибших, и каждый раз это было большим испытанием.
— Но, может быть, родные еще не знают… Да и сразу после такого известия как-то… не этично брать интервью у близких родственников…
