— Теперь по существу дела. Как бы ни хотелось нам иметь океанский линейный флот, четырех лет, и даже двух лет, у нас, скорее всего, не будет. Будем исходить из того, что война, возможно, начнется в 40-м, вполне вероятно в 41-м, но никак не позже 42-го года. Поэтому, придется прекратить строительство линкоров и линейных крейсеров. Берите за основу предложения группы адмирала Исакова[58] и готовьте решение ГВС.
Высказав свое мнение, Генеральный секретарь удалился.
ГВС ВМФ принял решение:
1. Заложенные на стапелях линкоры и линейные крейсера разобрать.
2. На освободившихся судостроительных мощностях строить минные заградители, эскадренные и базовые тральщики.
3. Наркомату ВМФ выдать промышленным наркоматам Технические задания на разработку:
— бесконтактных акустических и магнитных мин;
— тралов для траления акустических и магнитных мин;
— самолетов-торпедоносцев и морских пикирующих бомбардировщиков;
— на переоборудование самолетов ТБ-3 в морские минные заградители;
— на переоборудование старых эсминцев типа «Новик» в быстроходные минные заградители;
— на разработку палубных одноствольных и спаренных автоматических зенитных установок калибра 23 мм и 37 мм.
4. Наркомату ВМФ разработать и согласовать с промышленными наркоматами плановые задания по производству кораблей всех типов, вооружения и боеприпасов для них на 1940 и 1941 годы. Плановые задания утвердить решением СНК и Политбюро.
Все решения ГВС, принятые на заседаниях с 21 по 28 октября были продублированы приказами по наркомату обороны и решениями СНК. Тем не менее, И. В. Сталин счел необходимым собрать специальное совместное заседание Политбюро и СНК для утверждения решений ГВС, имея в виду, еще раз довести до сведения партийно-хозяйственной верхушки страны серьезность своей оценки ситуации.
На заседании 1 ноября после доклада наркома обороны Ворошилова, решения ГВС от 21–28 октября были одобрены и утверждены постановлением Политбюро ЦК ВКП (б) и СНК СССР. Персональную ответственность за выполнение всех решения, касающихся армии, возложили на Ворошилова. За решения, касающиеся производства вооружения и боеприпасов, ответственным назначили члена политбюро А. И. Микояна. Ключевыми задачами на ближайшее время Сталин назвал подготовку кадров для армии, производство противотанковых ружей и пулеметов ДШК, запчастей к боевой технике и реорганизацию армии по новым штатам и уставам.
2 ноября Политбюро и СНК заслушали доклад начальника Генерального штаба Б. М. Шапошникова по Мобилизационному плану. Согласно Мобплану, за первые две недели после начала боевых действий в армию должны быть призваны 4 млн. 200 тыс. человек, включая 400 тыс. командиров запаса. Из народного хозяйства в армию должны поступить 110 тыс. автомобилей, 14 тыс. тракторов и 310 тыс. лошадей. Указанного количества людских и материальных ресурсов должно было хватить для полного укомплектования 200 дивизий тылового стратегического рубежа. До конца 1940 года по плану в армию должно поступить еще 4 млн. человек личного состава, 80 тыс. автомобилей и 10 тыс. тракторов, 280 тыс. лошадей. Мобилизации подлежало до 50 % имевшихся в народном хозяйстве автомобилей и тракторов[59].
Ответственным от Политбюро за выполнение мероприятий по мобилизации назначили члена Политбюро Л. М. Кагановича.
Тогда же, по докладу наркома обороны было принято постановление о призыве на действительную службу с вновь присоединенных территорий граждан мужского пола пяти возрастов, как не служивших ранее в РККА. Согласно постановлению, призыву подлежали до 300 тысяч человек. Все призванные направлялись для прохождения службы в строительные батальоны, развертываемые на стратегических рубежах для строительства оборонительных сооружений, складов и других объектов под размещение перебрасываемых и вновь формируемых дивизий.
Когда присутствовавшие на заседании покидали кабинет вождя, в приемной секретарь Сталина Поскребышев остановил Ворошилова, Шапошникова и Жукова и попросил их вернуться в кабинет. Иосиф Виссарионович стоял перед картой и рассматривал нанесенную по Плану обороны дислокацию войск. Вошедшие остановились, не доходя до него трех шагов. Повернувшись к ним, Сталин сделал два шага навстречу и, глядя в глаза Жукову, медленно произнес:
— В Политбюро есть мнение, что для руководства подготовкой войск западных округов к боевым действиям следует назначить Главнокомандующего войсками западного направления и сформировать соответствующий штаб. Как вам такая идея? — Как мгновенно сообразил Жуков, Ворошилов и Шапошников были в курсе, и Сталин ждал ответа именно от него.
После недолгого раздумья, быстро оценив ситуацию, и поняв, к чему идет дело, Жуков ответил:
