Выбраться из квартиры он мог только тем же путем, что пришел. Нужно как-то убрать ее с дороги. Ларк загораживала ему дорогу и кричала прямо в лицо. И Тани сделал то, что должен был сделать. Оттолкнул ее. Она упала на пол.
Он не стал смотреть, куда она упала и нужна ли ей помощь. Нужно было убираться отсюда. Что он и сделал.
Удостоверения сотрудника столичной полиции оказалось достаточно, чтобы пройти пункт охраны. Когда Линли наконец добрался сюда с севера Лондона и поднялся на семнадцатый этаж, Марк Финни сидел за столом сержанта Хопвуд.
– Послушайте, если вы хотите знать мое мнение, шеф… – говорила та, качая головой.
– Конечно, – ответил Финни.
– Тогда я вот что вам скажу. Никакое принудительное просвещение не поможет, если мужчины будут молчать. Я говорю о нигерийских мужчинах, а не просто о черных парнях с улицы. Пока они не выйдут вперед и не заявят, что хотят и будут счастливы жениться на женщине, которой
– Это настоящий сдвиг парадигмы, – заметил Марк Финни.
– Называйте как хотите. Если мне будет позволено дать вам совет…
– Вперед.
– Вам для этой работы понадобятся черные сотрудники вместо белых парней. Знаете, это абсурд, если они будут рассказывать черным мужчинам – нигерийцам или кому-то другому, – что те должны поменять свое отношение к черным женщинам. – Она увидела Томаса. – Полагаю, старший суперинтендант Линли со мной согласится.
– Звучит логично, – подтвердил тот. – Но я слышал только несколько последних фраз и не знаю, о чем шла речь раньше. – Потом повернулся к Марку. – Мне нужно с вами поговорить, если не возражаете.
Финни сказал сержанту Хопвуд, чтобы продолжала, и повел Линли в свой кабинет. Там Томас спросил его о машине брата. Выяснилось, что ему повезло. Финни беседовал с Джейд Хопвуд и не проверял сообщения на телефоне. При упоминании о машине он это сделал. Но сначала закрыл дверь кабинета.
– Я ее брал. – Подошел к своему столу, но не стал садиться, а сместился к окну, в которое в это время дня били солнечные лучи, так что лицо Финни оставалось в тени, и его выражение было сложнее прочесть. – Думаю, у меня не оставалось выбора. Я боялся, что она опять поедет к Тео. Смысла в этом не было. Это только расстроило бы ее. Расстроило Тео. Я несколько раз уговаривал Пит. Говорил, что все кончено, и я не лгал ей. Я говорил, что никогда не брошу ее и Лилибет. Как я буду после этого жить? Мне казалось, что все уже сказано. То есть о Тео. Обо мне и Тео. Я мог все это повторять до бесконечности, но какой смысл?
Кабинет Финни был большим. Он прислонился к подоконнику. За его спиной синее небо приобретало желтоватый оттенок от поднимающегося с земли смога, еще один признак того, что Лондон – да и вся страна – отчаянно нуждается в дожде.
– Несколько лет она раз в неделю встречалась с подругой. Единственное общение с внешним миром, на которое она соглашалась. Подругу зовут Грир. Она акушерка и должна была принимать роды у Лилибет. Вышло иначе, но они с Пит сблизились. Иногда обсуждают книги, иногда идут куда-нибудь выпить или поужинать, посмотреть фильм… В тот раз, сказала Пит, они встречались в винном баре.
– Насколько я понимаю, встречи не было?
– Был стук в дверь и Грир на ступеньках крыльца. Была в нашем районе и заскочила на минутку. Поначалу я подумал, что она перепутала место встречи. Или Пит перепутала. Но потом выяснилось, что они вообще перестали встречаться. Пит позвонила и положила этому конец месяца три назад. Я удивился. Что вполне естественно. Я подумал, что если она перестала встречаться с Грир, но каждую неделю куда-то уезжала, есть только два возможных объяснения, где она была и что делала в те вечера. Либо у нее был любовник, либо она… не знаю… преследовала Тео. Следила за ней. Ждала, что однажды я все-таки объявлюсь.
– Это серьезный шаг, правда? – спросил Линли.
– Почему?
– Похоже, вы пришли к выводу, что у нее есть кто-то еще, любовник, и только потом вам пришла в голову мысль, что она преследует Тео Бонтемпи.
– Я просто не представлял, что у нее есть любовник. Никаких признаков этого я не видел, но их не могло не быть. Новая прическа? Макияж? Торопливые телефонные звонки? Текстовые сообщения на ее телефоне? Кроме того, она была – и остается – полностью занята уходом за Лилибет. Я не представлял, что у нее есть кто-то на стороне. С другой стороны, она знала о нас с Тео, так что я подумал… Собственно, я не знал. Я подумал, что она могла поехать в Стритэм. Если это было что-то другое – какие-нибудь занятия, посещение библиотеки, хоровое пение или бог знает что еще, – почему она мне не сказала? Но Пит всегда говорила, что проведет вечер с Грир. Поэтому когда мы расстались – с Грир, – я позвонил Поли. Он согласился посидеть с Лилибет, а я взял его машину. Хотел проверить, не поехала ли Пит к Тео еще раз.
– Значит, Тео сообщила, что к ней уже приходила ваша жена?
