– Времени нет, Симисола. Тани потом привезет твои вещи. Ты должна пойти со мной прямо сейчас.
Сими вопросительно посмотрела на Тани, потом на Коттера, потом опять на Тани.
– Иди с мамой, Пискля. – сказал брат. – Я привезу все, что тебе нужно.
Сими подбежала к нему и обняла. Потом обняла мистера Коттера. Потом схватила протянутую руку Монифы и вместе с матерью стала подниматься по лестнице. Тани пошел за ними.
Прежде чем мать открыла дверь, Тани шагнул вперед.
– Я проверю. Если он там и увидит вас… увидит Сими…
– Да, – сказала Монифа. – Да-да. Пожалуйста.
Тани открыл дверь. Такси – микротакси, а не «черный кэб» – ждало на улице. Он подошел к машине, внимательно посмотрел вокруг, даже на деревья. Отца нигде не было видно. Тогда он махнул матери, и она вывела Симисолу из дома. Посадив Сими в машину, села сама и сказала Тани через открытое окно:
– Ты – лучший из сыновей. Но ты должен быть осторожен. Не пускай его в этот дом. Он хочет причинить тебе вред, Тани.
Она взяла ладонь сына, поцеловала и прижала к щеке. Потом повернулась к водителю.
– Пожалуйста, езжайте быстро. Как можно быстрее.
Машина тронулась с места, притормозила в конце Чейн-роу, пропуская поток транспорта, свернула налево и скрылась из виду.
Линли ждал в своем кабинете звонка от Нкаты. Хейверс он отправил к констеблям, которые искали иголку в стоге сена. Один проверял все компании микротакси к югу от реки, а также все компании аренды автомобилей и все «черные кэбы» – это могло занять целую вечность, если не удастся завершить дело другим способом. Другой выяснял название и расположение всех пирсов и пристаней на южном берегу Темзы между Кингс-Стэйрс и Лондонским мостом, а также наличие камер видеонаблюдения поблизости от них. Утомительная работа. Но очень важная, о чем напомнил Линли, как только Уинстон Нката в сопровождении Деборы Сент-Джеймс отправился в Дептфорд. В данный момент, в отсутствие убедительных доказательств, он не ждал никаких признаний в деле об убийстве Тео Бонтемпи. В расследовании оставалось еще так много белых пятен, что надеяться на что-либо было неразумно.
Констебли упорно трудились уже два с четвертью часа, когда наконец позвонил Нката. Поговорив с ним, Линли связался с полицейским участком на Вестферри-роуд, попросил выделить ему комнату для допросов и предупредил коллег, что приедет с сержантом Барбарой Хейверс. В одних обстоятельствах допрос подозреваемых лучше проводить у них дома, в других – нет. Данный случай, решил он, относится ко второй категории.
Томас позвал к себе Хейверс, которая саркастически поинтересовалась у него, имеет ли он представление, сколько на реке причалов и пирсов. «Не один десяток, – ответил он. – Но если констебли тщательно изучат карту и свяжутся с коллегами из участка в Ваппинг-Ривер, то узнают, какими пирсами и причалами, как правило, пользуются владельцы лодок». Она передала информацию констеблям и вслед за Линли пошла к лифту.
Они сели в машину Томаса. Была уже середина дня, но ни у одного из них не было времени пообедать. Хейверс заявила, что умирает от голода, и стала рыться в сумке. После тщательных поисков, во время которых в сумке обнаружилось невероятное количество вещей, она извлекла батончик «Твикс», вопросительно посмотрела на Линли и разломила батончик пополам. Они съели его, после чего Хейверс достала из сумки сладкую овсяную лепешку, которую они тоже разделили по-братски. За лепешкой последовал пакет со сладким, кремом. Хейверс опять проявила щедрость, и Линли подумал, что следующим будет печенье «Поп-Тартс». Более здоровой пищи – например, фруктов – он не ждал: это полностью противоречило бы ее предпочтениям в еде. И не был разочарован, поскольку за сладким кремом последовали четыре ириски «Старбёрст», две из которых были без оберток. Линли сжевал одну ириску, и у него тут же заныли зубы, но он подумал, что это психосоматика, и решил не обращать внимания. Подъехав к полицейскому участку на Вестферри-роуд, они признались друг другу, что за чашку чая готовы практически на все – за исключением убийства. Хейверс предложила заскочить в, как она выразилась, «ближайшую забегаловку». Но Линли ответил, что в участке, вне всякого сомнения, имеется приличный буфет, которым они смогут воспользоваться.
Участок был большим: вход в него располагался на углу, а два крыла здания простирались в обоих направлениях. Они оставили машину на стоянке, представились дежурному, и к ним вышел констебль в полицейском мундире. Он отвел их в комнату для допросов, которую им выделили.
Доктор Уэзеролл ждала внутри, и вид у нее был недовольный.
– Это вы. Я должна была догадаться. Это действительно необходимо?
– Вы не приглашали адвоката? – спросил Линли.
Они с Хейверс сели напротив доктора Уэзеролл. Линли включил диктофон, назвал их имена, время и повторил вопрос насчет адвоката. Хейверс подвинула хирургу один из трех стаканчиков чая. Потом достала из сумки несколько блистеров молока и четыре пакетика сахара и выложила на стол.
