Есть на Волге утес полностью

«А Саранск, государь, и саранская черта зело воруют, и черемиса к ним пристала. От Олатыря и от Лыскова, и от Мурашкина, и от иных нижегородских мест, и от Темникова и Кадома приходили большим собранием с пушками и знаменами и хотели над ними дурна учинить».

«А мне, холопу твоему, в скорби, дряхлости своей в Шацком в осаде сидеть не чем и не с кем. Стрельцов только 80 человек да пушкарей 24, и тем верить не мочно».

«…Приехали в Васильсурск воровские казаки и твою, великого государя, казну пограбили, а в съежей избе твои, великого государя, грамоты и всякие письма подрали».

«Да он же, Гараська, видел: у Самары и выше Самары плывут по Волге воровских казаков многие побитые тела».

«А которые воровские люди в сборе в Курмыше и в Ядрине, я на тех воров велел итти воеводе князю Даниле Барятинскому с твоими ратными людьми, которые у него в полку. И он ис Кузьмодемьянска на тех воровских людей по се число не идет, ни о чем ко мне не пишет, а стоит в Кузьмодемьянску неведомо для чего и промыслу над ворами никакова не чинит».

Данила Афанасьевич из всех князей Борятинских самый старший. И в ратных делах самый опытный. Он хорошо понимал цену Кузьмодемьянску. Если этот замок запереть — по Волге ворам на Москву пути не будет. Посему от взятия города он ожидал многого: и упоения победой, и славы, и государевой похвалы.

Но вот город взят, но ни того, ни другого, ни третьего нету. Есть только досада, обида и злость. Ранили у него лучшего воеводу Юрья Лутохина. Ранили в обе руки. Отпустил князь Лутохина домой на Москву подлечиться, заодно дал ему отписку о кузьмодемьянских делах. И что же? Из Москвы от царя ему выговор. Жалуется-де большой князь Юрий Долгорукий, что отписка послана мимо его, и он-де этим большого воеводу обесчестил. А за то, что вступил в Кузьмодемьянск — ни спасибо и ни прощай. Мало того, князь Долгорукий только что прислал указ: итти Даниле со всей ратью на Ядрин и Курмыш воров бить. А град сдать кому? Оставить, отдать обратно бунтовщикам ни за здорово живешь? Сколько сил потрачено, сколько людей под городом полегло. Лучший воевода Иван Аристов — где он? Убит. Поручик Лихачев Семен разрублен воровской саблей надвое. Лутохин ранен. А сколь стрельцов, солдат, сотников лежат под Кузьмодемьянском. Привел князь к вере полтыщи кузьмодемьянских жильцов, а они в леса убежали. Черемисы на коране клялись, более тыщи отпущены по домам, а где они? Снова воруют, и доглядчики сказывают — собралось их на том же Ангашинском мосту более пяти тыщ. Не только на Ядрин рать уводить — дай бог с нею город удержать. Коль воры собираются, то непременно на город снова полезут.