– Сэр, если бы они хотели сыграть этой картой, то уже сейчас бы на всех телеканалах вещали об этом. Нет, сэр, они придумали что-то другое. И, я боюсь, что это гораздо опасней для нас.
– Что может быть опасней огласки наших нелицеприятных дел, Джек?
– Ну, например, ликвидация, сэр. – Невозмутимо ответил аналитик.
– Ликвидация кого, – икнул от неожиданности Директор, – Джек?
– Тех, кто за этим стоит, сэр, нас сэр.
– Но это же варварство, Джек. Тогда их точно порвёт общественность.
– Нам это уже будет всё равно, сэр.
– Хм, что ж, я подумаю на этот счёт, Джек. Есть у меня один вариант, как можно остановить этих бандитов, но это пока только предположение. Я поработаю над этим Джек. А теперь, иди, работай. Поднимай общественность Европы, подключай ВТО, поставь вопрос об исключении этой страны из ООН. Действуй. Результаты, Джек, мне нужны результаты.
– Но ООН, это же они создали эту организацию, это их идея. Не думаю, что можно будет это устроить, сэр.
– Эх, Джек, Джек. – Сокрушённо покачал головой Директор. – Кто девушку угощает, тот её и танцует. Правильно говорят русские на эту тему, это верное определение. Больше всего отчислений в эту организацию поступает из США, даже мы платим в два раза больше России. Им ничего не светит, Джек.
– Но, такая огромная страна, и выгнать её из ООН, тогда мы совсем ничего не сможем сделать с ними, сэр.
– Я не сказал выгнать, Джек, я сказал – поставить вопрос об изгнании этой страны из организации, пусть понервничают.
– Я понял, сэр. Будет сделано, сэр.
Тверь, База.
На базе было всё спокойно. Предприятие работало, рабочие наращивали темп. Приближался Новый Год, и каждый работник хотел получить премию по итогам года. Хоть и работают не полный год, но премия по итогам всё равно будет. Вот и старались, трудяги. Даже на нас перестали обращать своё внимание. Деловито сновали между агрегатов и изредка перекликались друг с другом. Бездельников здесь не было. Сами рабочие таких здесь, гоняли нещадно, даже если это родственник.
Пройдя в кабинет Георгича, мы застали Филина на его рабочем месте. Увидев нас, он соскочил с места командира, поздоровался с нами, как с дорогими родственниками и занял кресло рядом со столом. Рассевшись на свои места, Георгич потребовал доклад от Филина.
– Всё нормально, командир. Ребята занимаются, повышают свою боевую. Кто в тренажёрном зале, кто в тире. Все при деле. За время твоего отсутствия, вводных не поступало.
– Как Крестник? – Спросил он у Филина.
– Готовится к делу. Стучит копытами. Просил научить его тому, что умеют ребята, но так, осторожно. Я сказал, что решать будешь ты.
– Правильно сказал. Да и не научат они его, при всём желании, пока Хват с ним не поработает. Но мы погодим пока. После операции и посмотрим, так сказать по итогам.
– Командир, звонил Олег, передавал благодарность Главы, за удачно проведённую операцию. К слову, итоги операции мы уже видели по телевизору. Впечатляет. Операторы снимали из далека, но им всё же удалось запечатлеть трупы без головы. И карточку нашу тоже демонстрировали. Позже, кто-то из командования дал интервью. Сказал, что так будет с каждым, кто посягнёт на граждан России.
– Как отреагировали СМИ? – Поинтересовался он.
– Наши – нормально, так как и должно быть, а вот забугорные – желчью исходят, грозят карами небесными. Такое чувство создаётся, что мы их родственников покрошили.
– Они боятся, и боятся справедливо. Такого «оружия убеждения» у них нет, и это их очень сильно нервирует. А ну, как и к ним наведается эта смерть? Вот и хотят руками нашей власти лишить нас этого. При Бельцине не вышло, а при Путилине и подавно не выйдет. Ладно, это всё лирика. Хват, ты готов? – Посмотрел он на меня.
– Как пионер, командир. – Улыбнулся я в ответ.
– Как думаешь переправляться?
– Да я то что, переправлюсь без проблем, но вот как быть с Крестником? Ему мой способ не подойдёт. А мне он там может пригодиться. Да что может, наверняка его участие понадобится.
– Хм, – задумался Георгич, – а если его загримировать и под чужими документами отправить, на месте встретитесь?
– Другого ничего и не остаётся, – согласился я, – сколько это займёт времени?
– Пару дней, думаю, не больше. – Задумавшись на мгновение, сказал Георгич. – Ещё с Главой надо утрясти этот момент, разрешение на вылет получить. Сейчас просто так из страны не вылетишь. Кстати, как назовём операцию?
– «Скальпель», – не задумываясь, предложил Филин, словно он уже давно проработал эту версию, но это было не так, он мне потом сказал, что придумал именно в тот миг, как озарение, – мы же точечно работать будем, вырезая опухоль именно в месте образования.
– А почему бы и нет? – Пробарабанил по столу командир. – Принимается. Как тебе, Хват?
– Нормально, – махнул я головой в ответ, – главное в тему. Я, честно говоря, хотел назвать её операция «Ы».
– А почему «Ы»? – Не понял юмора Георгич.
– А что бы, никто не догадался. – Процитировал я героя любимого фильма, и понял, что шутка удалась, Георгич и Филин тоже вспомнили этот фильм, озабоченные лица расплылись сначала в улыбки, а потом они просто заржали.
