Как же хочется глаза закатить! Меньше знаешь — крепче спишь. Если бы Руслан узнал, что меня в саду на горшок рядом с парнишкой одногруппником высаживали, у него бы разрыв сердечной мышцы случился. Даже после свадьбы он не стал проще реагировать на информацию о том, что Дима Спирин был моей первой любовью. Сколько десятков лет прошло? Да какая, к черту, разница! Всё равно виновна — должна была ждать его одного.
— У моего, как ты утверждаешь, Димы обстоятельства силы непреодолимой.
Боже, как я мечтаю о том, чтобы этот засранец остепенился и перестал себе жизнь усложнять!
Пока мы с Русланом сидим на диванчике, все гости приходят к нам поочередно, осведомиться о моем самочувствии, о себе рассказать. Самыми последними и самыми звонкими оказываются Марьяна и Коля, которые на пару тащат к нам черепаху, на ходу пытаясь её поделись. Громко спорят и перетягивают несчастную из рук друг друга. За ними папа мой идёт, нисколько не расстроенный садистскими наклонностями малышей.
— Я тебе её мыть помогал! Просто так что — ли по твоему? — исподлобья на Марьяну Коля взирает.
Это он зря. Марьяне всё равно. Она непробиваемой быть может. Если она чего –то не хочет — заставить её не сможет никто!
— Я тебя не просила! Ты сам предложил, — беспечно сообщает и пока Колины шестеренки в активность приходят, дабы ответ подыскать, Марьяна забирает добычу себе. — Дедушка, дай полотенце, пожалуйста.
Где это видано, чтоб в её возрасте кто — то о чистоте одежды своей заботился? Она пожалуй единственная.
Папа раскладывает полотенце на её коленках и только после этого она опускает животное на свои тонкие ножки.
— Это Лиля и она с нами жить будет, — с гордым видом сообщает нам дочка.
Что сказать? Добро пожаловать, Лиля, в семью!
Ближе к вечеру, немного устав от галдежа малышей, я выхожу на веранду подышать свежим воздухом.
Сережа сидит в одиночестве у самых перил, наблюдает за тем, как солнце за густо растущими деревьями скрывается.
«Хорошего это не предвещает» — проносится мысль.
— О, Яра, — заметив меня, уголки его губ ползут вверх, но веселым он не выглядит. — Есть пару минут со мной поболтать? Я как раз думал позвать тебя.
Глава 15
Сергей
Просыпаюсь от звонка телефона. Голова трещит так, что не могу понять где сам нахожусь, отыскать телефон тем более задача непосильная.
Не помню, когда я так последний раз перебирал с алкоголем. Просто в хлам. Хорошо, что хотя бы дома очнулся, да и вовсе очнулся.
Веки и руки дрожат. Во рту запах, как от ссаных кошек.
Со второй попытки всё же сажусь на постели, пытаясь хоть как — то сладить со своей координацией. Долго шарить рукой по полу не приходится — мобильник валяется около прикроватной тумбочки. Одной рукой череп раскалывающийся придерживаю, второй, наклонившись, поднимаю долбанное, громко орущее средство связи.
Звонит Кретов Жека, один из немногочисленных лучших друзей.
Как он «вовремя».
— Спирин, ты спишь что — ли? — вопит придурок в трубку, как только я вызов принимаю. — Ты время видел? Поднимайся, умывайся и кати ко мне! Я тебе такое покажу… Должен мне по гроб жизни будешь. Адрес скинул в личных.
Крет (от слова кретин) у нас сборщик мебели. Его узкое направление — кухонные гарнитуры. Большую часть заказов получает из мебельного магазина отчима. Вот и сейчас походу приехал в какой — то ох*ительный дом и хочется мне показать диво — дивное. Проходили.
— Иди — ка ты… — не успеваю совет свой закончить, как он меня прерывает.
— Серёг, погоди. Не бросай трубку. Я серьёзно, помощь твоя нужна. Сам я тут возиться дня четыре буду. Огромная. А у Алёнки послезавтра день рождения, — говорит о своей маленькой дочке. Запрещенный прием. Девчонка у него с бывшей вышла кайфовая. — Приезжай. По-братски. Тут, блд, повар как будто жить собирается. Зачем им двадцать метров рабочей поверхности — ума не приложу.
— Жди, — говорю, на ноги поднимаясь.
Дружба одна из самых ценных вещей в моей жизни. Приоритетнее только семья.
Признаться, настроение у меня паршивее некуда, даже нужным скрывать это не считаю. Попросил Яру приглядеть за мелким пару дней, чтобы слетать за своей благоверной в Екатеринбург, порешать быстрее вопросы с её мамой и забрать Машу домой.
И что в итоге? Маша слезно попросила не приезжать, вплоть до тупого шантажа — «Если ты прилетишь то я…».
Сука. Прикрываю глаза. Вспоминаю и снова заводиться начинаю. Как же бесит! Немыслимо просто!
Просираем семью и я ничего не могу с этим сделать. Почему? Да просто за*бался! Последние пять месяцев я только и делаю, что бегаю за ней. Стараюсь, прилагаю усилия. Вижу результат… А потом мама её появляется и всё снова к черту летит.
Завариваю себе крепкий чай и иду принимать контрастный душ, который нисколько не помогает справиться с похмельем. Тело тяжелый остается, будто не моё собственное.
Уже на выходе из квартиры смотрю в зеркало на свою физиономию. Пздц. Если бы был сентиментальнее — точно бы расплакался. На скуле с правой стороны едва заметный счесанный след. Ну, собственно, по состоянию своих рук я и так понял о том, что ночью мне весело было.
Увы, местами я не помню происходящее.
