Можно позвонить Жене, но он с такой теплотой рассказывал, какие у него планы на вечер. Ребенку пообещал в театр кукол сходить, а после провести вместе остаток дня.Он так мило рассказывал, какие сказки доченьке читать планирует, что я не решаюсь тревожить. С мамой картина ещё хуже. Она не знает, что я прилетела. Будут обиды, я начну извиняться и ненароком о доме проболтаюсь и испорчу сюрприз.
Определенно родина меня отторгает. Как может так не везти⁈
На своём дне рождения Сережа заботливо следил за тем, чтоб мне было комфортно, предварительно два часа ждав, пока я соберусь. А я не могу ему элементарно помочь. Что они с ним делают там? О жестокости людей я неплохо осведомлена.
Мысли о проведенном в компании друзей Сережи вечере, меня наталкивают на нужный лад. Дмитрий. Его номера у меня нет, зато есть номер Богдана — его друга. Мужчина участливо вбил свой номерок в мой телефон: «На всякий случай».
«Как в воду глядел».
Стараюсь не думать о том, что думает обо мне Богдан, когда я звоню ему в двенадцатом часу ночи. А думает он явно о чём — то горячо — интимном. Давал мне понять, что согласен на всё, стоит только моргнуть. Естественно, в шутку переводя, но было понятно без слов, что мысленно он исследует содержимое моих трусиков.
«Вот и вся польза от красоты — тебя тупо трахнуть хотят» — дурные мысли тут же в голову лезут. Не скрыться от них.
Игривые интонации в голосе Богдана появляются сразу, как только он мой голос слышит. Даже представляться не приходится. Куда сложнее выпросить у него номер друга. Сначала он просьбу скинуть номер Дмитрия, как личную обиду воспринимает, после — пытать принимается.
Как же бесит! Хочется рявкнуть и послать его далеко. Но, скрепя зубами, я терпеливо жду, когда он всю тираду шуточек выскажет.
«Я сама позвонила. Он может помочь».
Смотрю на время, что электронные часы показывают, и стон отчаянья издаю. Не дайте мне небеса на рейс опоздать! Фил меня точно убьет, измучив перед этим изрядно. Уникальная для меня съемка, которую он пять месяцев согласовывал. Сумел подключить всех, даже дернул моего фотографа любимого, который за пределами Америки не снимал уже много лет, а нам предстоит на Филиппины лететь.
Минут десять уходит на то, чтоб уговорить Богдана поделиться контактом. Никогда бы не подумала, что мне (мне!) придется упрашивать мне дать номер мужчины! Обычно схема иначе работает.
«Ох, и должен же ты мне будешь, Сереженька» — бурчу себе под нос, набирая добытый потом и кровью номер его брата.
Я так устала, что уже даже волнение отступать начинает.
— Слушаю! — рявкает старший брат Спирина так, что я машинально телефон от уха отвожу.
Вот это темперамент!
В другой ситуации я бы фыркнув надменно, отключилась. Но сейчас терплю, сцепленными зубами зажимая рвущуюся наружу гордость.
— Дмитрий, здравствуйте. Вас беспокоит Гориева Сафия, возможно, Вы меня помните. Мы с вами встречались на дне рождения Сергея — вашего брата, — стараюсь учтивой казаться. И легкой. Можно считать, что капельку очарования добавляю в интонацию…
Дмитрий напрягается. Понимаю это по воцарившейся тишине, разбавляемой его тяжелым дыханием.
— Здравствуйте, Сафия. Чем обязан? — он так же под контроль эмоции берет, спустя несколько мгновений.
Как мой звонок для его девушки выглядит? Звонит какая — то баба посреди ночи. А Юля, кажется, так зовут девушку, беременная.
— Сафия, дышите вы очень мило, но может, признаетесь, в чем дело? Как я могу помочь вам? — в его голосе отчетливо слышатся смешливые нотки. Понял, что я зависла? Пауза затянулась?
— Я думаю, что можете. Только Вы и можете…
Достаточно сбивчиво объясняю ему ситуацию, но надо отдать должное — он с полуслова понимает.
— Адрес напомни, — резко перебивает меня на втором предложении. Растерявшись, ответ даю. — Сама ничего не делай. Жди меня.
Дмитрий отключается.
«Вот тебе, Сафият, и вся благодарность. Поняла, почему Фил говорит наглее быть? — вспоминаю ранние наставления своего личного коршуна. — Твои „простите“, „пожалуйста“ никому не нужны. С ноги дверь открыла и пошла с уверенно — надменным лицом. И меньше всем улыбайся».
Телефон звонит и я не глядя трубку беру, может быть, Дмитрий решил уточнить что –то.
И тут на меня второй раз за несколько минут орать начинают.
— Где тебя черти носят? — орет в трубку Фил, немного и через экран его слюна до моего уха доберется. — Я тебя спрашиваю, ты где? — тут же повторяет вопрос, не давая мне возможности ответить. — Оглянись, мать твою, по сторонам и посмотри где ты. А потом подумай головешкой своей, где ты быть должна⁈ Ты что творишь? Шкуру спущу! Черт! Хрен ты у меня без сопровождения ещё куда — то поедешь! Поняла?
