Могу поклясться, он чувствует, сердцем знает, что я о нем круглосуточно думаю. Телефон, лежащий у меня на коленях, вибрирует. Всплывает уведомление о зачислении денежных средств.
Распахиваю глаза, и позабыв об окружающих, хватаю смартфон. Впиваюсь взглядом в короткое сообщение: «Соскучился по Коле. Купи ему что — нибудь в подарок от меня. И себе тоже. Поздравляю с помолвкой».
Перечитываю несколько раз. Больно, невыносимо больно. Не уверена, что готова вынести столько.
«Серёжа!» — кричу отчаянно. Беззвучно. С ужасом понимаю, сколько между нами мучительного огорчения.
Миражи перед глазами. Он словно рядом. Взгляд вижу его. В нем столько всего, что вынести нереально. Я слишком слабая для этого.
«Прощай, моя любовь. Прощай…».
Глава 37
Мария
До рождения сына я часто у Серёжи с ночёвкой оставалась, всегда якобы случайно. Стечение обстоятельств. Даже несмотря на то, что моя зубная щётка, полотенце, сменная одежда и белье у него в шкафу хранились.
Мы шутили, смеялись, болтали часами напролёт, готовили вместе… Наслаждались друг другом.
Почти каждый раз, когда мы приезжали к нему домой, он помогал мне выбраться из машины и, уже около подъезда, садил к себе на спину и тащил вверх бегом по лестнице, а когда был уставшим — мы ехали на лифте. Приходилось наклоняться низко — низко, плотно к голове Серёженьки прижимаясь, чтобы пролезть в проём и не удариться головой.
Господи… Как же мы это всё потеряли?
Всё, что мне сейчас остается — прокручивать в памяти воспоминания, одно за другим. Их так много, что могла бы не повторяться несколько лет. Но у меня есть любимые моменты, самые яркие. Закрываю глаза и тону в своем прошлом. Почему я раньше не знала, не подозревала, что без Серёжи мне физически плохо становится? Бесконечно прокручивала в голове пункты, из — за которых я себя несчастной чувствовала, но не думала о главном. Почему так? Скорее всего, ответ на поверхности — муж всегда был рядом в тяжелые моменты, несмотря на то, что я его отталкивала.
А что делать сейчас? Как справиться с душащим одиночеством?
У Серёжи потрясающее терпение. Чего обо мне не сказать. Когда меня накрывало, он просто подходил и заключал меня в свои медвежьи объятья. Его не смущали мои протесты и хаотичные подергивания. Мы сидели или лежали в обнимку до тех пор, пока я не успокаивалась.
Четыре недели без Сережи, как я это пережить вообще смогла? Мы не виделись четыре недели. За это время всего пару раз обменивались сообщениями. И то они сводились к моей благодарности за переводы.
«Спасибо. Получила».
«Ок».
Могла бы я подумать раньше, что между нами будет холод и пустота? Нет, никогда.
Без него каждый день бесконечным становится. И пустым.
Буду выглядеть малодушной, но всё же признаюсь — близость сына, его постоянное внимание, меня не спасают от боли и одиночества. Мы с ним много гулям, читаем, рисуем, но при этом душой я с Серёжей.
Ненавижу себя. Что я наделала? Тону в его объятиях не только ночами, но и днем, стоит только глаза закрыть. Но просыпаться по утрам всё же не хочется.
Я множество раз слышала истории, в которых семьи распадались потому, что родители одного из супругом «разводили» их. Не могла понять как это. Что надо сделать, чтоб человек был ведомым? А теперь я ходячий пример…
Тоскливо на душе становится. Боль укротить не выходит.
На момент нашего с Серёжей знакомства за мной вялотекущее ухаживал одногруппник — Борис. Мы с ним познакомились на подготовительных курсах, организуемых вузом для абитуриентов. Никогда не ходили на свидания, но пару раз пили вместе чай в кафетерии на территории университета. Я не подозревала о том, что мы с ним встречаемся ровно до того момента, пока он не нашел номер Серёжи и не попытался выставить меня в его глазах вертихвосткой и самой ужасной предательницей.
Серёже это не понравилось.
Несмотря на мои уговоры этого не делать, он встретился с Борисом, как он тогда сказал — «Мы просто поговорим».
По итогу, в ходе проведения переговоров они пришли к выводу, что Боря должен передо мной извиниться, что он сразу и сделал, в тот же день, и рассказать всем, кому успел гадостей про меня напеть, праву. Остается только гадать, что ему Сережа сказал или сделал, чтобы убедить. Никогда, даже после свадьбы, он мне так и не рассказал, как и о чем именно они говорили. Зная вспыльчивость мужа, могу только догадываться. Для него самым главным было — прекратить пересуды на тему нас. Вернее, не так, он знал, что для меня это было важным.
Подход Сережи к некоторым вещам меня очень пугал поначалу. Он очень увлекающаяся натура. Во всем. Вы бы только видели, что они с друзьями творят во время отдыха. Поначалу у меня кровь в венах стыла, при виде летящего вниз головой в обрыв Сережи. Когда мы отдыхали за городом на озере, или в каком — нибудь отель — клубе с глубокими бассейнами, над которыми возвышаются трамплины, Серёжа и Руслан всегда прыгали в воду на спор. Выигрывал тот, кто более эффектно, читайте опасно, занырнет в воду, обязательно с каким — нибудь сальто невероятным.
