И тут дракон впервые посмотрел пристально на кормилицу, что осторожно следовала вместе с нами. Женщина не причитала, не плакала, не стенала и не жаловалась, как делала это ранее. И это настораживало. Очень. А заметив изучающие и подозрительные взгляды мужчин, вместо того, чтобы стушеваться и опустить голову, расправила плечи, схватила меня за руку и резко дернула на себя из объятий Дариуса.
Как только я оказалась возле нее с ребенком, образ стал меняться, смазываться и на ее месте уже стояла красивая, со статной фигурой молодая женщина, с черными длинными волосами, белоснежной кожей и темными завораживающими,как омут, глазами, которые так и манили утонуть в их завораживающей глубине. Что я и сделала без раздумий.
Я обняла прекрасную незнакомку, прильнув всем телом. Так мы и исчезли из сырого темного подвала из под самого носа сильнейшего мага и древнейшего дракона, что не смогли не то, что помешать, а даже не в состоянии были пошевелиться до самого нашего исчезновения в сером густом и тягучем тумане смерти и отчаянья.
Волны спокойствия и умировотворения омывали мое сознание. Я словно лежу в теплом ласковом море, на самой поверхности, раскинув руки и ноги, наслаждаясь ярким полуденным солнцем, ленивой негой и беззаботностью самого лучшего дня в моей жизни. Вода ласкает и баюкает мое невесомое тело, дарит безусловное счастье. Нет проблем, нет печали, ничего нет... кроме соленых брызг на моем безмятежном лице.
Издалека доносятся настойчивые крики чаек, почему-то звуча все громче и громче, наращивая звук и перетекая в детский плач.
- Только все испортили, - с досадой подумалось мне. Нехотя разлепила тяжелые веки. Эх, такой сон испортили дурные птицы.
Хотела подняться, но не смогла даже пошевелиться. С трудом оторвав голову от твердой подушки, воззрилась на свои конечности привязанные толстыми веревками к металлическим кольцам, расположенным по бокам от каменной плиты, на которой я лежала практически голая, не считая двух белых повязок на стратегически важных местах. Что это?
Хотя какая разница... хорошо-то как! Мозг снова начал погружаться в блаженную негу, но на самом краю затормозил и споткнулся о новый детский душераздирающий крик. Сознание вновь неохотно прояснилось. Так, последнее, что помню - это ласковые объятия той чудесной, с божественной внешностью, дивы. А следом мрак, темнота, страх...
- Где Энже? - в панике я забилась на алтаре, пытаясь вырваться из крепких пут. Но отчаянно дергаясь и извиваясь, не добилась никаких результатов, кроме затянувшейся веревки еще и на шее.
Легла смирно и стала пытаться думать. Сознание все время пыталось ускользнуть и вернуть меня в состояние блаженства, апатии и обманчивого беззаботного счастья. Взгляд упёрся прямо в невысокий свод мрачной пещеры, усеянный чем-то живым и шевелящимся. Передернувшись от отвращения, скосила глаза в одну сторону - все та же пещера, но вид сбоку. Серый влажный камень, испещренный красивыми красными светящимися символами, совершенно мне непонятными. Покосилась в другую сторону - обнаружился проход в другую импровизированную комнату. Именно из нее донесся очередной вопль младенца. Господи, это же Энже! Я ее крик за последние сутки выучила наизусть. Что же делать? Кто эта женщина, что похитила нас и что ей от меня может быть нужно. Думай, Эва, думай. Это какой-то фильм ужасов. Я связана по рукам и ногам, даже голова надежно зафиксирована. Не поддавайся панике, не поддавайся панике! К сожалению, самовнушение не помогло и на смену спокойствию и апатии пришла старая добрая женская истерия. Кричать или не кричать, вот в чем вопрос!?
А камень-то не холодный и шершавый, только с подозрительными желобками по периметру. Пожалуй не буду кричать. Прикрыла глаза. Буду беречь силы на предстоящую возможную борьбу с пещерными маньяками.
- Спит еще. Зря волновались, - раздался женский мелодичный голос прямо над моим лицом.
Правда что ли задремать успела, пока искала выход из затруднительно-безвыходного положения?
- Хорошо, что спит, крику меньше будет. Хэлла, неужели ее преславутый маг не поставил защитные заклинания? - удивился совершенно незнакомый слащавый мужской голос.
- Ты что? Говорят, Дариус помешан на этой девице. На ней было столько невидимых заклинаний, что даже Великая богиня, со своей божественной силой, потратила целых десять минут на их уничтожение. И еще пять на избавление от следилок, из которых состояла вся ее странная одежда и обувь. Это ж надо было напялить на себя такую безвкусицу.
Вот же ж Дариус, обвешал меня с ног до головы своими игрушками, и все-равно не помогло. И будто меня кто спрашивал при выборе последнего моего наряда - мечты всех ревнивых мужиков.