— Вы к кому? — Из будки вышел крупный мужчина лет пятидесяти пяти — шестидесяти, одетый в черную куртку с надписью «охрана» и такого же цвета штаны. Смотрел на меня охранник подозрительно и угрюмо, всем своим видом демонстрируя, что просто так он меня в лагерь не пропустит.
— Здравствуйте, — я нацепила на лицо доброжелательную улыбку. — Я к Станиславу Николаевичу Рекушеву, на работу устраиваться.
— Предъявите ваши документы, — потребовал мужчина.
Я достала свой паспорт, охранник зашел в будку вместе с моим удостоверением личности и записал мои данные в толстую тетрадь.
— Распишитесь здесь, — велел он, просунув в окошко открытую тетрадь.
Я посмотрела на запись — мужчина переписал мои паспортные данные, указав число и время моего прибытия. Я поставила свой автограф в поле, помеченном галочкой.
— Проходите в административный корпус, он прямо, — проинструктировал меня охранник. — На втором этаже кабинет номер двадцать один. Станислав Николаевич сейчас находится у себя.
Я поблагодарила за информацию, взяла свой паспорт и прошла к нужному мне корпусу. На улице никого не было — ни детей, ни персонала.
«Прямо не детский лагерь, а какая-то колония для несовершеннолетних», — промелькнуло у меня в голове невеселое сравнение.
Почему здесь так тихо? Куда подевался народ?..
Однако в корпусе было не так безмолвно и глухо, как на улице.
Сидевшая за стойкой администратор корпуса поинтересовалась, к кому я направляюсь. Я повторила то же самое, что сказала охраннику. Женщина тоже потребовала с меня документы, мои данные снова записали, на сей раз в другую тетрадь. Несмотря на то что за столиком администратора стоял компьютер, женщина записывала все от руки. Я опять поставила свой автограф, и мне разрешили наконец-то подняться на второй этаж.
Я поднялась наверх по лестнице, ожидая, что снова придется кому-нибудь показывать свой паспорт, однако больше никто меня не остановил.
Найдя двадцать первый кабинет, я постучала в дверь. Услышав слово «Войдите!», сказанное мужским голосом, толкнула дверь и зашла в помещение.
Кабинет директора оказался довольно небольшим, обставленным официально, в стиле минимализм. В комнате не было ничего лишнего — только письменный стол, на котором стоял современный ноутбук и лежали аккуратными стопками какие-то бумаги, шкаф и два стула. За столом сидел темноволосый мужчина в строгом сером костюме и что-то быстро набирал на компьютере. Никакой секретарши и в помине не было — директор работал в одиночестве.
Когда я вошла, Станислав Николаевич внимательно посмотрел на меня, во взгляде его сквозило равнодушие.
Любопытно, он помнит вообще, кто я такая? Однако секунду спустя выражение лица директора изменилось — на лице возникла дружелюбная улыбка, а в глазах промелькнул интерес.
— Полагаю, вы — Евгения Охотникова, верно? — уточнил Рекушев. — Или я ошибаюсь?
— Все верно, я вчера вам звонила по поводу работы, — улыбнулась я.
— Да-да, я помню, — сказал Станислав Николаевич. — Стало быть, вы журналистка. И в каких вы изданиях работали?
— Да почти во всех тарасовских, — заявила я. — И даже сотрудничаю с электронным изданием Санкт-Петербурга. Вот мои документы…
Я положила на стол диплом о своем высшем педагогическом образовании и удостоверение журналиста.
Рекушев внимательно изучил документы, потом кивнул и отдал их мне.
— А как называются издания, в которые вы пишете статьи? — поинтересовался он.
— «Тарасовские вести» и «Заметки о культуре», — тут же отозвалась я. — «Заметки о культуре» — издание Санкт-Петербурга.
Я предусмотрительно изучила список журналов и электронных изданий, чтобы директор лагеря не усомнился в моих словах. И в самом деле Рекушев задал мне пару вопросов о моей деятельности в роли корреспондента, а затем проговорил:
— Что ж, так как лагерь «Лесной» недавно открылся, нам хорошая статья о нашем детском оздоровительном учреждении не помешает. Равно как и отзывы в интернете — вы смотрели сайт лагеря?
— Да, я внимательно ознакомилась с ним, — кивнула я. — Здорово, что планируется открытие контактного зоопарка и бассейна, мне кажется, это заинтересует детей и их родителей. К тому же лагерь расположен в экологически чистой местности, здесь прекрасная природа и чистый воздух, что только пойдет на пользу детям!
— Это верно, я совершенно с вами согласен, — улыбнулся директор.
Мои слова ему понравились, поэтому я продолжала:
— Я просмотрела всю информацию о лагере «Лесной» и о его основании. Удивительно, что раньше здесь находилась больница, а до этого — сельское кладбище… Я, если честно, очень изумилась, когда узнала, что основатель лагеря выбрал именно это место…
