Эти бурные чувства полностью

– Не знаю. Все как будто заволокло какой-то туманной мглой. Вроде как началось какое-то движение. Как будто тьма вон там, – она махнула рукой, – зашевелилась. Как будто в эту тьму вливалось множество каких-то мелких существ. – Она опять замотала головой, но теперь уже говорила с меньшим пылом. – К этому времени мой сын уже вернулся, приведя с собой рикшу. Я сказала ему, чтобы он пошел и посмотрел, что там, сказала, что я вроде бы видела чудовище здесь, в воде. И он побежал по молу, чтобы попытаться поймать его.

Кэтлин потрясенно втянула в себя воздух.

– Ну, и как? Поймал?

– Нет. – Старуха нахмурилась и перевела взгляд на реку Хуанпу. – Он сказал, что я мелю чепуху, что он видел только человека в воде. Он был убежден, что это просто какой-то рыбак, свалившийся со своей лодки.

Человек. Как в воде мог оказаться человек в то время, пока там находилось чудовище? Как он мог уцелеть?

Разве что…

Судорожно вздохнув, старуха подобрала с земли свою сумку, затем сжала руку Кэтлин.

– Я вас узнала, вы из Алой банды, – тихо добавила она. – В водах, окружающих наш город, что-то живет, что-то шевелится. Во многих местах, которые нам не видны. – Женщина с силой стиснула ладонь Кэтлин.

– Пожалуйста, – прошептала она. – Защитите нас.

Шли дни, и Джульетта не могла думать ни о чем, кроме помешательства, охватившего Шанхай. Теперь она почти не реагировала, когда другие звали ее по имени, слышала только одно – крики умирающих, которые раздавались на улицах, и всякий раз ей отчаянно хотелось что-то сделать, хоть как-то помочь.

Чудовище, – снова и снова думала она, прислонясь к лестнице, где ожидала своего отца. – Где-то здесь обитает чудовище, сеющее помешательство на улицах Шанхая.

– Ты готова? – крикнул сверху ее отец, остановившись, чтобы поправить пиджак.

Джульетта заставила себя вернуться в реальность и, вздохнув, повертела в руках свой маленький клатч.

– Да, готова.

Господин Цай спустился по лестнице и, остановившись перед своей дочерью, нахмурился. Джульетта опустила глаза и посмотрела на себя, пытаясь определить, что именно вызвало его неодобрение. Она опять начала носить свои американские платья, и то, которое она надела сегодня, было немного наряднее прочих – на плечах красовались банты из тюля, ниспадающего на короткие рукава. Может, у него слишком глубокое декольте? Может, дело в кои-то веки в нормальной отцовской заботе, никак не связанной с беспокойством о том, способна ли она, не дрогнув, убить человека.

– Где твоя маска?

Достаточно близко. Сойдет.

– Не все ли равно. – Она вздохнула. – Ты же без маски.

Господин Цай потер глаза. Джульетта не могла понять, он просто утомлен или же раздражен ее ребячеством.

– Да, потому что мне пятьдесят лет, – ответил он. – Это бы выглядело нелепо.

Джульетта пожала плечами и уставилась на парадную дверь.

– Это сказал ты, а не я.

Вечер был прохладным и, выйдя на подъездную дорожку, Джульетта потерла свои голые руки. Ничего. Все равно сейчас уже поздно возвращаться за пальто. Шофер помог ей сесть в автомобиль, и она подвинулась, чтобы рядом сел отец. Большинство остальных членов семьи, приглашенных на маскарад, уже уехали. Джульетта вообще не хотела ехать, а потому ждала, пока господин Цай закончит свои дела. Он завершил работу и объявил, что им пора ехать, когда небо порозовело и оранжевое солнце коснулось горизонта.

Господин Цай сел в автомобиль. Усевшись, он положил руки на колени и посмотрел на Джульетту. И нахмурился опять. На сей раз его взгляд был устремлен на ожерелье, обхватившее ее горло.

– Это же не ожерелье, не так ли?

– Да, Bàba.

– Это проволочная удавка, да?

– Совершенно верно, Bàba.

– И сколько на тебе сейчас припрятано другого оружия? Сколько штук?

– Пять, Bàba.

Господин Цай ущипнул себя за переносицу и пробормотал:

– Woˇde māyā, помилуй мою душу.

Джульетта улыбнулась, как будто он сделал ей комплимент.

Их автомобиль тронулся с места и плавно покатился по тихим сельским дорогам, затем, въехав в город, шофер принялся непрерывно сигналить, чтобы согнать с дороги работяг и рикш. Находясь в автомобиле, Джульетта обычно не смотрела в окно из опасения встретиться взглядом с каким-нибудь нищим, который решит подойти к ней. Но сейчас она по какой-то непонятной причине решила посмотреть.

И увидела женщину, голосящую, сидя на тротуаре, с мертвым телом на коленях. Тело было залито кровью, у человека были окровавленные руки и в клочья разорванное горло. Рыдающая женщина прижималась щекой к его мертвенно-бледному лицу.

Автомобиль опять тронулся. Джульетта перевела глаза на ветровое стекло и с усилием сглотнула.

Почему это происходит, – в отчаянии подумала она. – Неужели этот город настолько погряз в грехах, что мы заслужили такое?