Вслед за прохладой Доу окатила волна смрада — странное дело, конечно учитывая, что свинарник стоял на берегу отстойника. Но именно для этого и нужен был отстойник: его запах скрывал совершенно другую вонь — всепоглощающую, острую как нож, выворачивающую наизнанку. У Доу было такое ощущение, будто в то мгновение, когда он переступил порог, в глаза ему брызнула кошачья моча и стала заливать мозг. Доу схватился за одну из масок, висевших возле двери, — такие маски используют рабочие, которым приходится иметь дело с асбестом. Ему немного полегчало, но запах никуда не делся; кроме того, за стеной приглушенно раздавалось низкое жалобное хрюканье свиней.
По всему помещению были расставлены и разбросаны приспособления и материалы для производства крэнка — пустые бутыли и баллоны из-под печного топлива, пускового топлива, аммиака, йода, щелока, пропана, эфира, растворителя для краски, фреона, хлороформа, сосуды с соляной кислотой, украшенные зловещими метками: на них было больше черепов и костей, чем в пиратской пещере. Тут и там стояли открытые коробки с лекарствами от простуды и астмы: это дерьмо они выписывали из Мексики тоннами. В углу лежала куча пустых спичечных коробков, по всему полу были разбросаны маленькие деревянные палочки: Ублюдок сидел здесь часами, сковыривая с них красную серу и складывая ее в ступку под аккомпанемент «Молли Хэтчет» [
Доу обошел вокруг большого деревянного стола, на котором стояли три нагревательные плитки, штук шесть кофеварок и лежала большая перевернутая пачка каменной соли.
Затем он аккуратно прошелся по краю ямы — целых три метра в диаметре и метра два с половиной в глубину, — вырытой прямо в земляном полу. В эту яму сливались отработанные щелок и кислота. Обратно он пробрался мимо старого неуклюжего льдогенератора: для охлаждения всего этого дерьма требовалось много льда, и Доу решил, что закупка его в таких количествах может вызвать подозрения. Он слышал, что в Калифорнии, где копы уже начали интересоваться торговцами крэнком, несколько парней удалось поймать с поличным только потому, что они купили двенадцать банок пива, а к ним — целых двадцать пакетов льда. Один бдительный коп, который оказался свидетелем покупки, заподозрил неладное и проследил за ними до самой лаборатории. Узнав об этой истории, Доу решил приобрести подержанный льдогенератор, причем на всякий случай в соседнем штате. Это стало еще одной гарантией того, что его мощная империя продолжит свое существование, даже когда все остальные падут.
Откатив льдогенератор в сторону, Доу нащупал на стене, обшитой вагонкой, нужное место, на которое тут же резко надавил. В стене открылось отверстие, в котором стоял сейф. Две мысли одновременно пронеслись в сознании Доу: первая была о том, что, возможно, там и окажутся деньги — что Ублюдок хранил их в сейфе, хотя держать деньги и товар вместе было строго запрещено. Вторая мысль была о том, что сейф может оказаться совершенно пустым. Однако ни одно из предположений не подтвердилось.
В сейфе обнаружилась коричневая авоська, набитая маленькими полиэтиленовыми пакетиками с желтоватым порошком — в общей сложности примерно полкило мета самого лучшего качества. Не учитывая комиссионных, себестоимость товара составляла всего пару сотен долларов, а продать его можно будет тысяч за пять.
Доу еще раз наскоро осмотрел помещение: он должен был удостовериться, что все приборы выключены и остыли, что, когда Ублюдка убили, на них ничего не готовилось, не грелось.
В этом бизнесе была одна серьезная проблема. Он оказался настоящей золотой жилой, приносил чистый доход, и копам было на него насрать, но стоило немного расслабиться, и все могло попросту взлететь на воздух. Для того чтобы получить наркотик, нужно было переработать вполне легальное, общедоступное лекарство от простуды в токсичное химическое вещество, выводя из него эфедрин, а процесс этот сопровождался выделением в качестве побочных продуктов такого жуткого дерьма, что его можно было использовать как оружие. Доу слышал множество историй про взрывы в лабораториях, про то, как «варщики» умирали от ожогов, облившись кислотой или щелоком, либо, надышавшись химикатами, молили о том, чтобы им пустили пулю в лоб.
