Она притворилась, что полностью поглощена распределением крошечных лимонных пирожков, чтобы Мыло мог полностью обрушить на Шиак свое необъяснимое очарование. Всем поневоле нравился Мыло. Удовольствию в общении с ним не мешали ни цвет его кожи, ни его положение в обществе. У Шиак наверно много было заморочек, но, по мнению Софронии, она не страдала нетерпимостью.
Пирожные — это Димити решила внести свою лепту. Софрония согласилась раздать их «уголькам» при условии, что Димити не станет пытаться вводить еще какой — нибудь образец альтруизма. Тем не менее, Димити наблюдала за вылазкой Софронии этой ночью с выражением страха пополам с ревностью.
— Почему ты берешь Шиак, а не меня?
— Но, Димити, ты же не умеешь лазить.
— Я могу попытаться!
— И ты не любишь пачкаться.
— Я могу надеть старое платье.
— Да нет там ничего интересного для тебя в котельных.
— Но во мне нуждаются! Если я собираюсь стать достойной леди, то должна набираться опыта в благотворительности при каждом удобном случае. Я хочу стать хорошей.
— Лучше стань благоразумной!
Димити только надула губы.
В общем, Софрония продолжала раздавать пирожные. Она обращала мало внимания на Шиак и Мыло, поэтому когда началась потасовка, вмешалась не сразу. Они дрались!
«
Но при более близком рассмотрении выяснилось, что драка не настоящая.
Шиак и Мыло с боевой решимостью на лицах фехтовали шестами, которыми ворошат уголь в топках. Они почти не уступали друг другу в росте. Драка подняла много шуму. «Угольки», обступившие их, стали заключать пари, ставя на кон лимонные пирожные, которые Софрония по справедливости разделила между ними.
— Что вы вытворяете?
— Это здорово, Софрония. — Суровое лицо Шиак светилось от удовольствия. — Ты знаешь, что этот парень знает грубые приемы уличной драки?
— Вот как?
«
— Грязные приемчики. Просто здорово! Только посмотри!
Мыло поднырнул под выпад Шиак и пнул ее в лодыжку.
Софронию потрясло.
«
— Мыло, так нечестно!
Мыло остановился и ухмыльнулся:
— Да, мисс, но это работает.
Пока он отвлекся, Шиак ткнула его в бок своим шестом.
Мыло задохнулся и согнулся пополам.
Шиак подошла к нему и, когда он отдышался, дружески обняла за покрытые угольной пылью плечи. Впервые Софрония видела ее такой раскрепощенной.
— Это имеет смысл. Почему нужно драться по — джентльменски? В конце концов, ты постоянно напоминаешь мне, Софрония, что мы не джентльмены. И даже не солдаты. Из нас готовят шпионов. Нам нужно учиться драться без правил. Усвоить и использовать любые возможные приемы.
Софрония попыталась отбросить сомнения и рассуждать здраво. Оказалось, что это труднее, чем она думала.
— Полагаю, это благоразумно. Но пинаться?
— Ну, мисс, не хочу показаться грубым, но вы леди, а не воины или «угольки». У вас силенок не так много. Так что побольше пинайтесь, ноги — то сильнее ведь! И вы носите туфли обычно с острыми носами.
Софрония согласно кивнула:
— Верно. Но мы также носим множество юбок.
— Можно заказать особые туфли с железными вставками, — предположила Шиак.
— Шиак Мак — Руль, я что, только что услышала от тебя упоминание о модных аксессуарах? — сделала вид, что потрясена, Софрония. А про себя подумала: «Вив могла бы что — нибудь этакое изобрести».
Шиак заулыбалась. И от этой улыбки не то чтобы похорошела, но стала менее блеклой: ее поразительные глаза цвета карамели сощурились, а обычно угловатые черты смягчились. И в этот момент Софрония подумала, что не прогадала, решив привести Шиак познакомиться с «угольками».
Но тут над ними нависла чья — то длинная тень:
— Что такое?
— Кочегар! Разбегаемся! — крикнул Мыло.
Софрония с Шиак последовали приказу, рванули наравне с «угольками», забежали за одну из угольных куч и нырнули в какую — то щель.
Мыло, как идиот, решил сыграть в благородство и преградил путь кочегару.
— Его не вышвырнут пинком с борта школы? — спросила Софрония, сердце ее бешено стучало.
— Кого, Мыло? За участие в шутовской поножовщине? — фыркнул один из «угольков».
— Пока они вас, Выскочек, не поймали, самое большее, что он схлопочет, это ему надерут уши, — добавил другой.
— Кочегары его любят. Он держит нас в узде и работает за двоих, — пояснил первый.
Софрония и Шиак разом облегченно вздохнули.
Шиак повернулась к ней:
— Здесь весело!
— В школе совершенства не так уж и плохо, верно?
— Так нечестно. Я твоя самая близкая подруга! Почему ты упорно убегаешь с Шиак? — стараясь не хныкать, упрекала Димити.
— Вряд ли упорно, мы убегаем только раз в неделю.
— И вместе все время о чем — то шушукаетесь и хихикаете.
— Я не хихикаю просто так. Леди Линетт говорит, что не следует злоупотреблять хихиканием. А Шиак — та вообще не хихикает.
— Ну, все равно нечестно.
Димити сидела на краешке постели и грустно пялилась на свои ноги.
