Это было легко. Это было удивительно легко, настолько, что он улыбнулся себе в темноте. Он должен был убежать. Он сохранял голову на плечах и оставался спокоен, и сейчас просто прошелся по длинной полоске травы и проскользнул между двумя домами на улицу. Здесь тоже было темно. Никаких огней ни в одном из домов. Ничего. Он снял свои перчатки и удостоверился, что глубоко засунул их в карман.
Конечно, он не собирался забирать свою машину сейчас, так что две с половиной мили до своего дома он прошел пешком, спокойно и твердо шагая по ночным улицам Лаффертона. Единственное, о чем он сожалел: несмотря на то что смерть Фреи Грэффхам была необходима, теперь она была бесполезна. Это было обидно, подумал он, вспоминая ее на ходу. Ее пришлось убить, чтобы она замолчала, но, если бы его не побеспокоили, на этом бы все не закончилось. Она могла бы ему еще пригодиться.
Комната была заполнена народом. Уголовный розыск и патрульные сидели и стояли практически друг на друге. Отовсюду доносился шепот, но он совсем не был похож на обычный шум со скрипом стульев, шутками и смехом. Те, кто пришел на работу с утра, только услышали про это, а отработавшие ночную смену остались, чтобы услышать больше. Все о чем-то говорили, но тревожная информация доходила только обрывками.
Констебль Дейв Пирс поставил стул рядом с констеблем Джастином Виксом.
– Я только пришел. Они опечатали половину старого города. Что-нибудь новенькое?
Джастин покачал головой.
– Все, что я знаю, это что Нейтан со своей подружкой нашли ее и поехали вместе с ней на скорой помощи в Бевхэмскую центральную. Больше ничего не слышал.
– А идеи какие-нибудь есть?
– Всем доброе утро. Большинство из вас знает, о чем пойдет речь, но я хочу ввести вас в курс дела до того, как поползут слухи. Прошлой ночью констебль Нейтан Коутс пришел к дому детектива Фреи Грэффхам приблизительно в двенадцать часов двадцать минут. Он был в компании медсестры Эммы Стил. Тем вечером они обручились и решили поделиться хорошими новостями. Они поехали на велосипедах к дому сержанта Грэффхам, рассчитывая, что она может еще не спать и отпразднует с ними. Они увидели свет в доме и машину сержанта Грэффхам, припаркованную снаружи. Когда никто не ответил на стук в дверь, на звонок домашнего телефона, а также на мобильный телефон сержанта Грэффхам, который они услышали снаружи, они ворвались внутрь и обнаружили ее лежащей на полу в своей гостиной. Она была без сознания и сильно ранена. Не было никаких признаков взлома или грабежа, в доме все осталось нетронуто. Дверь в кухне, которая вела к боковому выходу с участка, была не заперта.
Сержант Грэффхам была задействована в операции «Оспри», а также в текущем расследовании отдела о серии краж бытовой техники. Она также вела расследование об исчезновении трех женщин в Лаффертоне – Анджелы Рэндалл, Дебби Паркер и Айрис Чатер, и я хотел бы сосредоточиться на материалах, связанных с этим делом, для поиска…
Дверь тихо приоткрылась. Все посмотрели на инспектора Дженни Либеттер, которая кивнула головой в сторону Серрэйлера.
– Можно вас на секундочку?
Он вышел и закрыл за собой дверь. Люди начали переглядываться, переминаться с ноги на ногу, ерзать на стульях, но никто почти ничего не говорил. Кто-то встал и открыл окно.
Старший инспектор вернулся. Они увидели его и поняли. Кожа как будто бы натянулась на его лице, а уголок рта нервно подергивался.
Он прочистил горло и опустил глаза.
Казалось, никто не дышал.
– Я только что получил информацию из больницы. Мне жаль сообщить… Фрея Грэффхам скончалась пятнадцать минут назад от полученных ран. Она не приходила в сознание. Теперь это расследование убийства. Я созову еще одну встречу сегодня вечером. Всем спасибо.
Он очень быстро зашагал к выходу, остановившись только на долю секунды, чтобы жестом пригласить Нейтана Коутса последовать за ним.
В своем кабинете старший инспектор налил себе кофе из своей личной кофеварки. Нейтан все еще держал стаканчик холодного чая, который он взял в автомате перед конференцией, и сжимал его с такой силой, будто это был спасательный трос. Саймон Серрэйлер сел в кресло, сделал большой глоток очень черного кофе очень быстро и взглянул через стол на констебля; его лицо все еще было напряженным и бледным от шока, в который его повергла полученная новость.
Никто из них не хотел говорить. Нейтан взбалтывал остатки своего чая в стакане. Снаружи люди входили и выходили из коридора, доносились звуки, обычные разговоры.
Саймон подался вперед.
– Я беру на себя это дело, Нейтан. Ты чувствуешь в себе силы стать частью команды? Если нет, ты можешь отдохнуть и заняться остальными делами… Никто тебя не осудит.
– Черта с два, босс! Она была моим сержантом, я хочу собственными руками взять эту сволочь за горло.
– Но только не позволяй своей злости или скорби затуманить твой разум. Хотя понимаю, что это сложно.
– Я перед ней в долгу. Это она заставила меня сделать предложение Эм – не упусти шанс, говорила она, не потеряй ее, сделай это, попроси ее. Вот почему мы поехали туда рассказать ей.
– Я знаю.
