Юная Анабель Морган не похожа на детектива: розовые волосы, чувственные глаза, молодёжная одежда, круглые очки девочки-отличницы… но под этой внешностью скрывается совсем незаурядный ум. Способный, помимо всего прочего, привлечь внимание к цепочке, казалось бы, совершенно не связанных друг с другом убийств…
Розовое каре, молодёжная одежда, розовые солнцезащитные очки и лицо, так похожее на кукольное, с огромными серо-карими глазами и пухлыми губами, покрытыми розовым блеском для губ с ароматом фруктовой жвачки. Этот вид никак не вязался с детективом, пусть и младшим, в полицейском участке на Садовой улице.
Именно об этом думал капитан полиции, Говард Лерой, смотрящий на девушку перед собой.
Анабель Морган – это была девушка среднего роста и довольно хрупкого на вид сложения. А все вышеперечисленные особенности лишь добавляли ей хрупкости и нежности.
"И это сущее недоразумение попало в мой участок…"
На самом деле, когда полгода назад к нему по распределению отправили сразу двух лучших учениц университета с факультета судопроизводства, капитан был даже счастлив, ровно до первой встречи с девушками. Ну, ладно. Он был готов простить, что из двух отправленных ему юных детективов обе были девушками. Капитан даже был готов примириться с тем, что одна из девушек была русской по происхождению. Но когда он увидел вторую, то чуть не тронулся умом.
Нет, Анабель была одета в идеально выглаженную форму, но это неизменное розовое каре… и хуже всего было то, что она оказалась невероятно упрямой. И если втемяшивала себе что-то в дурную розовую голову, то упиралась рогом до последнего. К сожалению, часто, вернее, почти всегда, девушка была права, и наказывать её у капитана рука не поднималась, а лейтенант, которой подчинялась эта непоседа, хваталась за голову, когда она приходила с очередной идеей. Прямо как сейчас.
– Нет, нет, нет и ещё раз нет! Я сказал, что ты не будешь туда соваться! – лейтенант Шейла Донован просто стояла в стороне, сложив руки на груди и оставив решение вопроса с Анабель на совести капитана.
– Но, капитан, вероятность того, что я права, составляет семьдесят пять процентов! Там наверняка есть что-то противозаконное!
"Вероятность этого сто процентов, но тебя, дурёху туда пускать нельзя!" – мысленно выругался капитан, прекрасно зная, что именно хранится на том складе, куда желала проникнуть эта девчонка.
Естественно, никто бы ей ордер не дал, так как всё прекрасно знали, кто и что там хранит, и нужные люди получали с этого свою долю. Но ведь этот юношеский максимализм…
Нет, капитан Лерой искренне ценил её энтузиазм и преданность делу, но посвятить новичка во всё это не имел никакого морального права. Да и, честно говор, он не хотел, чтобы этот пылкий дух справедливости угас слишком рано. Но мужчина искренне опасался, что рано или поздно она навлечёт проблемы на свои вторые девяносто, а участок лишится хорошего детектива со светлым будущим.
– Я всё сказал. Тебе запрещено туда соваться. Поняла меня?
– Это приказ?
– Да, это приказ.
Девушка поджала губы и на мгновение задумалась, потом отдала честь и сказала:
– Слушаюсь. Разрешите идти?
Капитан только махнул рукой, отпуская девушку, та попрощалась с лейтенантом и покинула кабинет капитана. Капитан и лейтенант устало переглянулись.
– Стоит ли проинформировать людей Евангелисты? – спросила Шейла.
– Нет, – поджав губы сказал капитан. – Я очень надеюсь, что она не ослушается приказа.
Женщина посмотрела на него таким взглядом, что было очевидно, что она считает Говарда Лероя наивным сумасшедшим.
– Ну не убьют же её! – воскликнул мужчина.
– Я очень на это надеюсь. Но Вам следует быть строже с ней, капитан.
– Я бы тоже этого хотел, но ты сама видела статистику раскрытия преступлений после её прихода. Нельзя же наказывать за то, что человек хорошо делает свою работу…
– Так, может быть, следует сказать ей правду?
– Даю руку на отсечение, что стоит нам ей всё рассказать, и эта пигалица положит значок на стол, – проворчал мужчина.
Лейтенант вздохнула, устало потерпев глаза. Она была уверена, что капитан прав.
– Стоит ли нам приставить к ней старшего наблюдателя?
– Официально её практика давным-давно закончилась, так что это будет неправильно… что ж, в любом случае ей кого-нибудь придётся набивать собственные шишки. Пусть делает это сейчас.
– Но что если…
– Её точно не убьют. А если схватят… что ж, пойду к господину Евангелисте на поклон. Надеюсь, она не слишком разозлит его людей к тому времени.
– Надеюсь, что Вы знаете, что делаете, капитан.
– Я тоже, Шейла, я тоже…
* * *
– Ты с ума сошла, Аня! – постановила Ярослава, которая была не только коллегой Анабель, но и её соседкой по квартире.
Девушки познакомились ещё в летнем лагере в средней школе, и никогда бы не подумали, что потом встретятся в полицейской академии, пройдя рука об руку учёбу там, практику в одном из участков и последующее обучение в университете.
Начиная с академии, девушки были неразлучны. Они делили одну комнату там, проходили практику в одном участке, и жили вместе в общежитии университета, хотя Слава могла смело обитать дома, от которого до универа было добираться очень близко, но она не могла оставить свою подругу, постоянно влипающую в неприятности.
