На экране в этот момент возник красивый вечер где-то на развалинах старинной крепости. Громко трещали цикады. На корточках, разводя костер, сидела темная мужская фигура, очень похожая на Новицкого. Он переговаривался с кем-то через плечо на непонятном языке.
Потом камера сместила ракурс, и стала хорошо видна полная фигура длинноволосой женщины в плаще с накинутым капюшоном. Рядом с ней на колышках были привязаны черный козел и семь маленьких хорошеньких беленьких козлят, только недавно родившихся и вставших на ножки. Они тревожно и голодно блеяли.
– Ну чего ты возишься! – услышала Динка свой голос с экрана. – Они так орут. Перебудят еще кого-нибудь. Давай быстрее!
Дальше началась кровавая бойня, снятая очень качественно и подробно. Женщина хватала по очереди козлят, а мужчина перерезал им горла и мазал их кровью лицо себе и супруге, а потом лил кровь из тушки в костер, который не гас от этого, а, наоборот, отвечал снопом искр. Последней в видео была схватка с черным козлом. И когда мужик наконец отрубил козлу голову маленьким топориком, женщина наклонилась и поцеловала мертвую рогатую башку прямо в губы…
Андрей остановил трансляцию. Дина смотрела на мужа сухими, расширенными от ужаса глазами и молчала.
А из Кешиного кресла донеслись странные звуки – Уйгур Иннокентий всхлипывал то ли от слез, то ли от истеричного смеха.
– Мне кажется, я пропущу эту поездку на саммит, – наконец выдавила из себя улыбку Дина. – А ты как думаешь?
– А я думаю, что мы не можем бегать от этих трансдебилов и их древних кукловодов. Сорвем эту схему – будет еще 99 схем. Нужно решать вопрос на корню. Чтобы он больше никогда уже не вставал, – спокойно сказал Новицкий. – Ты извини, что прогнал тебя через все это, но мне нужно, чтобы ты была предельно внимательна и сосредоточенна. Поэтому я и позаботился, чтобы ты сильно труханула, солнце!
И тут голос подал Кеша:
– Я понимаю, мои дорогие друзья! Я, конечно, тут всего лишь сраный масон. Обслуживающий персонал. И вообще вы меня к разговору не приглашали, но я правильно услышал, что Ипполит заходит во все проекции
– Ну?
– А правда, что старики с Лонг-Айленд вообще гаджетами не пользуются? Ни компами, ни мобильниками? Все у помощников?
– Да.
– Тогда у меня есть что вам предложить, ребята. Но давайте и Ипполита тоже на время выключим.
И тут все трое дружно поднялись, не сговариваясь. Они выложили все из карманов на столики и вышли в коридор в один заветный угол за горшками с фикусами и пальмами, где считалось, что записывающие устройства гасят друг друга и можно перекинуться парой политических анекдотов.
По дороге к зеленым насаждениям Андрей спросил спутников:
– А вы знаете, что самым знаменитым зороастрийцем был Динкин любимый Фредди Меркьюри?
– А-а-а! У меня есть отличный анекдот про него, – возопил Кеша, прищурив и без того незаметные глазки: – У постели умирающего Фредди Меркьюри в унынии сидят Элтон Джон и Джордж Майкл. Элтон говорит: «Наш Фредди умирает, что же мы теперь будем делать?» На что Джордж отвечает: «Не знаю, как ты, а я собираюсь после его смерти порезать его на мелкие кусочки, сварить гуляш и съесть!» – «!!???» – «Ну… чтобы еще раз почувствовать, как он выходит из моей задницы!»
– Фу-у-у! – сморщилась брезгливо Динка и вдруг громко и заразительно расхохоталась. За ней начали смеяться и оба мужчины. Компания скрылась за объемными горшками с экзотическими растениями. Казалось, веселей этих людей нет на свете…
Весна в городе у Динки всегда ассоциировалась с исчерченным мелом асфальтом во дворах московских домов. Какое-то время в нулевых ей стало казаться, что классики и детские рисунки исчезли с черного покрытия небезопасных двориков. Но вот последние пять лет она с наслаждением каждый апрель-май специально делала кружок по окрестностям, чтобы рассмотреть все творческие асфальтовые вернисажи местной детворы.
Сегодня на нее с земли вопросительно смотрел совершенно замечательный треухий пес. Это было веселое крупное животное. Два больших уха-лопуха свисали у него по обеим сторонам головы, как и полагается представителю такой замечательной мелково-асфальтовой породы, а вот третье стояло над головой почти вертикально, как радиолокационная установка, и из него вокруг фонтаном рассыпались цветочки разных форм и калибров.
