На «Свободной Европе» преобладали американцы, но в русском департаменте работали выходцы из России и было несколько «свежих» эмигрантов — литераторов и журналистов, мир литературной эмиграции. Но он был очень узким, оторванным от американской жизни, и не нравился Алеше. Один только раз он обрадовался встрече с Васей Аксеновым, своим старым приятелем. А подружился Алеша с редактором Ильей Мусиным. Ему удалось уехать раньше многих евреев и благополучно устроиться в Нью — Йорке, они с женой прилично зарабатывали. Мусин уже успел поездить по стране и по Европе, регулярно читал американские газеты и во многом критиковал американские порядки. Для Алеши он стал хорошим источником информации, хотя порой слишком циничным.
Радиостанция занимала третий этаж громадного старого дома на 42–й улице. На углу улицы стояло великолепное здание Публичной библиотеки, а позади располагался Брайант — парк, большой и довольно пустынный. Алешин путь на радиостанцию проходил через него. Там все время сидели на скамейках и стояли группки каких-то людей. Алеша не обращал на них внимания, он думал, что это читатели, вышедшие из здания библиотеки отдохнуть. Неожиданно один из них подошел к нему вплотную и что-то тихо проговорил. Алеша остановился:
— Вы со мной разговариваете?
—
Алеша не понял и уставился на него.
—
Алеша сообразил, что ему предлагают марихуану. Эти парни были совсем непохожи на завсегдатаев читального зала библиотеки.
Придя на радиостанцию, Алеша сказал Тане:
— Представляете, оказывается, позади библиотеки идет торговля наркотиками.
Она опустила глаза:
— Да, я знаю. Я сама там покупаю.
— Вы?!
— А что вы удивляетесь? В Нью — Йорке чуть ли не все курят марихуану. А я здесь уже пять лет. Да, можете меня поздравить — вчера я стала американской гражданкой.
— О, поздравляю!
— Спасибо. Мы решили немного отпраздновать. Приглашаю вас остаться.
Получение гражданства США казалось Алеше чуть ли не пределом мечтаний. Оно предоставляется через пять лет проживания, а их семье в теперешней ситуации продержаться такой срок будет нелегко. Что-то с ними будет через пять лет?..
Пока Таня с несколькими женщинами готовила стол для праздника, Илья делился с Алешей своими мыслями:
— Понимаешь, надоела мне эта радиостанция. Думаю, не бросить ли ее к черту? По натуре я частник. В России я жил, как все, с удовольствием отвергая все частное. В Америке понял — надо проявлять частную инициативу, а не служить. Купил себе три машины такси с разрешением на владение. После работы вожу одну машину, а две сдаю внаем русским эмигрантам. Это приносит хорошие деньги. Прикуплю еще несколько машин, и у меня будет настоящий таксопарк: найму шоферов, стану бизнесменом.
Алеше показалась забавной мечта бывшего русского коммуниста стать американским бизнесменом. Он сказал:
— Ну, бизнесменом я стать не хочу, да и не сумею. Дальше, чем опубликовать свой роман, я и не мечтаю.
— Ты что, написал роман? Ты же поэт.
— «Лета к суровой прозе клонят, лета шалунью рифму гонят»[60], — пошутил Алеша, — хочу попробовать писать прозу. Роман пока не написан, есть идея и наброски.
— Какая идея?
— Как тебе сказать… О судьбах евреев в советской России, как они поднялись после революции 1917 года, и как потом разрушились их надежды и они стали уезжать.
— Что ж, в Америке еврейская тема может пойти. Поговори с Таниным мужем.
— Танин муж писатель?
— Он странный тип. Мужик ловкий, сумел вывезти не только молодую жену — красавицу, но и шикарный спальный гарнитур, пианино, всю обстановку. Вроде не писатель, но здесь завел связи и сумел издать книгу. Накатал какое-то говно про сексуальные связи знаменитых советских актеров и спортсменов, да еще с извращениями. Под это дело получил большой аванс и заработал на продаже книги на русском, а потом и на английском. Казалось бы, кому в Америке интересно знать про извращения в России, здесь своих извращений достаточно. Но американцам нравятся сенсации о знаменитостях. Скажу тебе так: найдешь издательство — постарайся получить аванс побольше. Это главное.
Конечно, Алешу интересовали связи с издателями, он решил поговорить с Таней и познакомиться с ее мужем, позондировать почву насчет книги. Таня позвала их в комнату, где на столе стояли разнообразные закуски и большая бутыль. Там собрались сотрудницы русского отдела — секретарши и операторы, давно живущие в Америке.
Первый тост подняли за новую гражданку Америки. Зашумели и принялись выкрикивать пожелания:
— Таня, выпьем за то, чтоб ты стала миллионершей!
— Пусть муж купит тебе норковую шубку!
— Чтоб ты всю жизнь ездила на «кадиллаках» и «мерседесах»!
— Нет, пусть лучше ездит на «роллс — ройсе»!
Таня уже довольно много выпила, раскраснелась и много смеялась. Она игриво повернулась к Алеше:
— А что наш поэт мне пожелает?
Он был еще новичком в этой компании, потому немного смущенно сказал:
