Алеша с интересом осматривал исторические места: Уолл — стрит с биржей и громадными банками, памятник Вашингтону на том самом месте, где в 1776 году происходила его инаугурация; знаменитую церковь Троицы, католический собор Святого Патрика, богатую синагогу Эману — Эль на Пятой авеню. Он обошел множество музеев — Метрополитен, Музей Гуггенхайма, Коллекцию Фрика, Еврейский музей, Музей истории Нью — Йорка. В одиночестве бродя по залам, он жалел, что Лиля не может ходить с ним всюду. Да и Лешка… Но…
Узнавать Нью — Йорк Алеше во многом помогала дружба с Эланом Графом. У них было много общего — сверстники, любители истории, книголюбы. Алеша с интересом слушал его рассказы об американской жизни, а Элану нравилось говорить с ним по — русски и узнавать новое про русскую культуру.
Вскоре после знакомства Элан пригласил Алешу прийти к нему на работу:
— Приходи ко мне в офис во время перерыва на ланч. Наша фирма находится на 89–м этаже Южной башни Мирового центра торговли. Мы съедим ланч в ресторане на 108–м этаже, и я покажу тебе наши башни — близнецы.
Слова «108–й этаж» звучали как фантастика. Алеша подходил к Центру с замиранием сердца, уже издали любовался комплексом из семи гигантских строений, в середине которого возвышались две стройные красавицы башни, каждая почти в полкилометра высотой. У Алеши буквально захватило дух от восторга. Громадный мраморный вестибюль казался бесконечным. Никто Алешу не проверял, не задерживал. Лифт на верхний этаж поднял его со скоростью реактивного истребителя — за 60 секунд, у Алеши закружилась голова.
Фирма Элана поражала размерами: десятки просторных кабинетов, сотни людей, все на телефонной связи, посылают и получают факсы — недавнее нововведение. Некоторые склонились к экранам другого чуда техники — компьютеров.
Элан повел его в ресторан, где они поели швейцарское фондю, а потом он предложил Алеше:
— Ну, теперь пошли на обзорную площадку на 110–м этаже.
Сверху открывался вид на всю бухту и Манхэттен, улицы казались полосками, прочерченными вдоль и поперек.
— Видишь в заливе статую Свободы? Отсюда она кажется маленькой игрушкой, а на самом деле с постаментом высота составляет более семидесяти метров, это же больше двадцати этажей. А слева
— Значит, тогда был карантин для эмигрантов, а с тех пор пускают кого угодно? У меня сложилось впечатление, что эмигрантов здесь больше, чем коренных жителей.
— Ну, это Нью — Йорк, его называют
— А вот зачем Америке столько эмигрантов?
— Понимаешь, каждый народ вносит часть своей культуры, это создает динамику в обществе. Приезжает много талантливых людей. Из пятисот крупных американских фирм двести четыре основаны эмигрантами.
По радио зазвучала популярная песня
— Слышишь? Эта песня стала неофициальным гимном страны, а написал ее сын еврейского иммигранта из России Ирвинг Берлин. Вот тебе пример взаимодействия культур.
— Ну, искусство — понятно, приехали таланты, — сказал Алеша. — Но вот, например, эти башни Центра торговли, чудо Америки. Они напрямую выражают ее мощь и силу, простоят века и будут символизировать прогрессивную Америку. Имеют ли эмигранты к ним какое-нибудь отношение?
— Прямое. Эти башни спроектировал и построил Минору Ямасаки — сын бедных японских эмигрантов. Он приехал в Нью — Йорк в 1934 году, работал грузчиком, сумел закончить архитектурный факультет и стал ведущим архитектором. В 1966 году его проект занял первое место на конкурсе. Строительство велось восемь лет и обошлось в 400 миллионов. На примере Ямасаки сразу становится понятно, почему Америку называют «страной возможностей».
Провожая Алешу вниз, Элан предложил ему:
— Я иногда бегаю по утрам в Центральном парке. Присоединяйся, я покажу тебе трассу вокруг Резервуара Кротона. Там бегает много народу.
И Алеша включился в традиционный бег жителей города. Вокруг Резервуара набиралось две мили — хорошая зарядка на целый день. Среди энтузиастов — бегунов он заметил немолодую женщину, лицо которой показалось ему знакомым. Ее всегда сопровождали двое мужчин. Многие бегуны здоровались с ней, а Элан сказал:
— Знаешь, кто эта женщина? Это Жаклин Кеннеди, вдова Кеннеди. Она живет совсем рядом, на Пятой авеню[69].
— Жаклин Кеннеди бегает здесь вместе со всеми? — поразился Алеша.
— Ты удивлен? Да все мы, американцы, бегаем по одной дорожке, — весело ответил Элан.
Алеша рассказал об этом Лиле.
— Сама Жаклин? А ты с ней познакомился?
— Нет, ну на это я не решился. Но я киваю ей, а она улыбается мне в ответ. Элан очень верно сформулировал отношения людей тут, он сказал: «Мы тут все бегаем по одной дорожке». И еще сказал про эмигрантов, что каждый народ вносит свою частичку культуры в культуру Америки.
— Ага, и бескультурье тоже, — добавила Лиля.
