На «Электре» была Инга Панченко (ясновидящая), сказала, что надо резче менять тембр голоса, например, мягче и тише – «Ты, ты Орест?» Был Сережа Зверев – красивые цветы. Посоветовал изменить походку – легче, моложе.
Вечером тупо смотрела TV. Ничем не могу заняться.
4 января
14 ч. – репет. «Квартета». В taxi (150 р.), так как Володя увез с шофером обе машины в починку.
Вечером «Борис Годунов».
Опять приехал Гиоргос Патсас (художник спектакля) вместе с Иоганной (фотограф). Поселила их в гостинице. Греки смотрели спектакль. Перед спектаклем Гиоргос не хотел снимать зимнюю куртку (там деньги и т. д.), так и сидел в ней в зрительном зале. На Западе это принято. У нас выглядело странно.
Володя встретил у театра – всех развез по домам.
5 января
12 ч. – пресс-конференция по поводу «Квартета». Говорил в основном Теодор.
Вечером «Федра». (Ноткин – 4 б. Зверев – 2 б.). Были американские продюсеры – сказали, что я выдающаяся актриса. Тьфу! Тьфу! Тьфу! Устала!!!
6 января
В 1.30 – дома – интервью для «Сов. культуры». К 15 ч. – в театр. Прогон «Квартета». Были ребятки из «Федры». Им, по-моему, не понравилось. Да и мне, сказать честно, тоже.
Вечером сижу дома. Маюсь.
7 января
Днем прогон «Квартета» в костюмах. Вечером «Высоцкий». Маквала на «Орлеанской деве» сломала руку. В Большом был Теодор Терзопулос, и после спектакля я заехала за ним и встала со своей машиной на углу театра. Там спектакль еще продолжался. Наконец стала выходить публика, но с какими-то встревоженными лицами. Что случилось? Оказалось, что в финале оперы, когда Иоанну сжигают на костре, а по замыслу постановщика поднимают на площадке к колосникам, в тот раз рабочие не закрепили одну из цепей, на которых держалась эта площадка, и Маквала, с руками, зажатыми в колодки, рухнула вниз, сломав правую руку. Теодор Терзопулос, рассказывая мне об этом, говорил, что Маквала падала с ангельской улыбкой на лице, не выходя из образа Иоанны: «Она падала, как ангел». А Маквала потом вспоминала, что, когда падала, в сознании пронеслось: «Конец. Я погибла!» Спасло ее чудо. Гипс Маквала носила долго, научилась обходиться только левой неповрежденной рукой и даже теперь так водит свой «Мерседес», но в «Орлеанской деве» она в Большом больше не вышла ни разу. Шок от этой трагедии остался.
8 января
В 15 ч. – прогон «Квартета». Вечером «Электра».
10 января
Премьера «Квартета». Был Любимов (хвалил). За кулисами маленький банкет.
22 января
Вылет в Нью-Йорк. Встретил продюсер Дэвид Иден. По второму кругу концерты «Ахматова – Цветаева» с Клэр Блум. Певица будет другая, Анна Стойгер занята.
25 января
Репетиция с Клер Блум у нее дома. Вечером – на другой конец Манхэттена к Виталию Вульфу. Пошли с ним в кино: «Чаплин» (средняя картина). Кончилось после 12-ти ночи. Вульф посадил меня на автобус. Я вышла у Центрального парка, но оказалось, на другой его стороне. Забыла название гостиницы, где живу. Через парк днем было бы быстро, но ночью – побоялась.
Шла полночи пешком (визуально помнила). В норковой шубе и с сумкой с деньгами и документами. Когда видела подозрительных людей – переходила на другую сторону. Пришла под утро.
26 января
Репетиция на сцене в «Symphony Space» с Клер и Анной Стайгер.
27 января
Бостон. Концерт – хорошо. Особенно Цветаева. После концерта ужин с Томом и Юлией.
28 января
Род-Айленд (1,5 часа от Бостона) – концерт. После прием в богатом доме русского эмигранта – Жуковского-Вольского. Сергей Никитич Хрущев (был у нас дома в Москве, когда они писали с Володей сценарий «Волки»).
29 января
С Томом днем в банк. Дома записала ему на пленку «Поэму без героя» Ахматовой и «Поэму конца» Цветаевой.
31 января
Концерт в Нью-Йорке в «Symphony Space». Перед началом было перекрыто движение – так много публики, которая хотела попасть на концерт. Зал переполнен. После концерта большой компанией в ресторан. Муж Клер (писатель), по-моему, сноб, мне не понравился.
3 февраля
Вашингтон. Концерт. Прием у посла. Вася Аксенов.
17 января 1992 года – по приглашению Рашель Лорти полетела в Канаду, почти на месяц. Вернусь 22 февраля.
В театре за меня в «Годунове», в «Пире», в «В.В.» играют другие.
В Квебеке поступила на курсы французского языка в университет «Laval». Стала ходить, вернее, ездить на машине (Рашель отдала мне свой «Мерседес») туда каждый день. Мне нравится университетская атмосфера, нравится молодежь, которая там учится. В библиотеке, в читальном зале можно взять магнитофон и кассету с французскими уроками. А главное, дома у Рашель основная практика. Вокруг меня никто не говорит по-русски. В самом городе есть знакомые с русским языком. Елена Палеолог (профессор университета) живет одна, ее брат и родственники остались в Париже.
