- Хорошо. Я хотел просто подтвердить, – Ульф меланхолично посмотрел на женщин в смежной комнате и несколько раз медленно кивнул собственным мыслям. – Аньета работала в Каролинском институте. Это там они ждут ваш материал. Конечно, они обсуждают действия с нами. Координируют. Все понимают, что есть опасность. Но вы встретились бы с Аньетой, если всё было бы как надо. Мы тогда не задержали бы вас здесь. В аэропорте, – Ульф перевёл взгляд обратно на Олега. – К сожалению, сегодня утром Аньета исчезла. Соседи видели её около семь утра. На лестнице её дома. Потом она не приехала на работу. Мы не знаем, где она. Мы не знаем, что с ней случилось. Поэтому мы встретили вас для вашей безопасности.
Олег закрыл глаза. Ему хотелось по-детски захныкать от того, что происходившее не было страшным сном.
- Спасибо, – сказал он.
- У меня есть несколько вопросов. Если вы можете ответить, мы будем очень благодарны.
- Да-да.
- Когда вы видели Евгению последний раз?
После секундного замешательства Олег сообразил, о ком речь.
- Сегодня утром, перед самым уходом. В прихожей.
- Какое было её настроение в эти последние дни?
- ... Последние два дня у неё было хорошее настроение... На прошлой неделе она была замкнутая. Мы не разговаривали почти. Но в субботу, когда я привёз домой образцы, она сразу оживилась. Приободрилась. Много говорила.
- Вы знаете, какие письма она получала в эти последние дни через электронную почту?
- Я знаю только про одно. Она получила третье письмо от Жука в субботу вечером.
- Роман Жук?
- Да. Её, ну, как сказать... Научный руководитель, начальник. Который всё это...
- Да, я знаю, – Ульф поправил очки. – Она сказала вам, что он написал?
- В двух словах только. Что Жук встретился с Георгием Грибовым. С руководителем секты, которая выкрала его из этого... из этой секретной лаборатории, где ФСБ изучает...
Олег осёкся. Внезапная мысль о том, что он, судя по всему, разбалтывает государственные тайны представителю иностранной спецслужбы, буквально оглушила его.
Ульф без труда прочитал эту мысль на его лице.
- Не говорите, – сказал он. – Мы знаем. Мы знаем, где это есть и что они там делают. Все знают в Европе. Все такие организации, как наша. Было что-то другое в письме Жука?
- Он собирался уехать из Москвы. Со дня на день. Хотел сбежать от Грибового и всей его компании... А в Америке тоже знают? – неожиданно для себя самого спросил Олег.
- Да.
- А... А ФСБ знает, что все... знают?
- Мы думали, что нет. Но сейчас мы больше не уверены. После Сентерквист. Вы замечали слежку в эти последние дни? Вам казалось, что кто-нибудь следит за вами?
- Да мне... Постоянно казалось, что за мной следят. Но это началось сразу, как только Женя ко мне переехала. Евгения, я имею в виду. Я сразу стал нервничать. Начал оглядываться по сторонам постоянно. Я не создан для таких историй... Но послушайте, Ульф, это же – если вы думаете, что это ФСБ здесь у вас в Швеции уже орудует, то это же бессмыслица получается, – внезапно Олег снова почувствовал себя взрослым человеком. – Зачем им что-то делать с этой женщиной, если они могли приехать ко мне домой и просто отобрать коробки с образцами? И скрутить заодно нас обоих? Меня и Евгению, я имею в виду? Я не сомневаюсь, что у нас там идиоты работают, как и везде, но не до такой же степени идиоты?
- Я с вами согласен, – по-прежнему спокойно сказал Ульф. – Бессмысленно. Не сходится. Но Аньета почему-то исчезла всё равно. Прямо в этот день, когда вы приезжаете. Поэтому мы встретили вас.
- ... Вы хотите, чтобы я пошёл на встречу сегодня вечером? На Центральном вокзале? Как было изначально задумано?
- Нет, – Ульф покачал головой – так медленно, что казалось, он делает это нарочно. – Мы посмотрим, что сами можем сделать. Но у меня есть действительно предложение для вас. Можно сказать, я опишу вам ситуацию, в которой вы есть. И вы тогда можете решить сами.
В дверь постучали. Ульф сказал шведское слово. В комнату вошла сухопарая женщина лет сорока пяти с неподвижным длинным лицом. Она поздоровалась с Олегом по-английски. Ульф показал на диски и большую сумку. Женщина что-то спросила. Ульф ответил ей. Женщина сказала «окей», взяла диски, подхватила сумку и вышла, не попрощавшись. Всё время, пока она была в комнате, Олег думал о Жене. Он мысленно спрашивал её, на фига нужно было увозить возбудитель бессмертия от одной спецслужбы, чтобы передать его другой спецслужбе.
- Это был специалист из Каролинского института, – прервал его мысли Ульф. – Её тим будет работать с вашим материалом. Катя переписывается с ней.
Олег схватился за телефон.
- Извините. Я обещал Кате, что напишу, когда приземлюсь.
- А. Да... – Ульф сокрушённо потёр ладонями. - Наверно, надо подождать.
- Почему?
Глаза Ульфа повеселели.
- Через мобильный телефон не надо передавать информацию. Наверное, вы помните, почему вы в Швеции. И господин Брайд.
Олег покраснел и заёрзал на стуле. Думать о Люке было крайне болезненно. Пугал не то чтобы гнев – пугал брезгливый укор, с которым Люк выслушивал определённые новости.
