— О, Юлька, привет! Как жизнь? — жадно откусывая нечто невообразимо сочное и брызжущее во все стороны немыслимым ароматом, поинтересовалась с трудом прекратившая в наслаждении закатывать серые глаза медно-рыжая изобильная красотка, уже не в своём красном куцеватом костюмчике при Декольте с большой «Д», а в неком воздушном и полупрозрачном хитоне, что ли. Правая грудь наружу, короче, и если б не те самые обещанные «клёвые бусики», то... брызжущий сок стекал бы куда призывнее. Глянув же на одетую лишь в цветы, и это буквально, голубоглазую златокудрую очаровашку с острыми ушками, сластёна с лукавой интонацией уточнила вопрос. — Не заездила тебя Её Милость?
— Всё хорошо, — как-то очень уж покраснев и смутившись, ответила давно уже так не блестевшая глазами, ой-ей-ей, какая порочная златовласка, рыжая не даст соврать. А поправив увивающую тело лозу с прикрывающими самые пикантные места одуряюще пахнущими прекрасными цветками, присела рядом с коллегой-перебежчицей и несколько сумбурно да порывисто продолжила. — И Рга — она не такая, она... такая(восторженно)... а я(сглотнув)... мне, то есть нам — очень хорошо, в общем(потупившись).
— Ну бывает, чё. Хотя странные у тебя вкусы, подруга, — будучи увлечена своим лакомством, как-то не типично для неё, обычно более импульсивной, отмахнулась давая свою оценку ситуации та, кому уж лучше бы промолчать насчет вкусов. Кожаная фуражка, шипы и корсеты с плётками да прочими, порой даже пугающими штуками у неё в шкафу — тому красноречивое доказательство.
Шкаф вот только этот — остался в пригороде Владиграда. К слову, обе лейтенантки столичного отдела «С» грозной НСБ уже покинули службу, в одностороннем порядке расторгнув трудовой договор, так сказать. А произошло это после того, как, почти сразу же за иллюминацией при объявлении воли княгини, воспоследовало и само одаривание новоявленных подданных новообразованного княжества. То есть после обретения весьма оперативно откуда-то прилетевших «колец» всеми, не только присутствовавшими тогда на кладбище, но и вообще живыми в десятикилометровом радиусе. Но только, кто старше пяти лет, и кто прошел неявный тест на определенный уровень зрелости и адекватности. Достаточно взрослым, но непрошедшим дарованная способность всё равно доступна, но функционировать будет в весьма ограниченном и безопасном, так сказать, виде. Причем, как для окружающих, так и для самого́ хозяина абсолютно такого же, впрочем, как и у адекватных владельцев, золотистого кольца на большом пальце. Иными словами, малолетние идиоты, ну и просто идиоты — не навредят ни себе, ни людям.
Первые «стреконожки», как потом узнали девушки, возникли из буквально за секунды выросшего, если это слово тут уместно, могучего дерева на краю кладбища. И, прежде чем был заложен сад на стадионе, они «рождались» на его ветвях в беспрестанно появляющихся эдаких плодах, больше напоминавших цветки кувшинки, только бордовые с золотыми прожилками, ну и с гораздо более мясистыми, так сказать, лепестками. Это вот распускалось, являя на белый свет новое «кольцо», тут же отправляющееся в полёт к предназначенному ему владельцу, а следом увядало, дабы дать место следующему. И так до бесконечности, пока часть нагрузки на себя не взяли деревья сада, ну или же все подданные не обзавелись наконец заветным кольцом со способностью. И с тех пор лишь редкие поначалу да зачастившие впоследствии гости Воднинска побуждали к плодоношению дивную флору, в итоге окончательно переехавшую с кладбища, дабы не беспокоить ушедших.
Так вот, сподвигло же подруг из дуэта «Крутые звёзды» на столь крутой поворот в своей судьбе, то есть на смену работодателя, далеко не только лишь обретение девушками этих вот золотых колец, княгиней Беловой дарованных им. Впрочем, равно как и Кораблёву, и Хромову со товарищи, да и, понятное дело, всем прочим подданным Её Светлости. И даже не уникальные серебряные колечки повлияли на выбор перебежчиц. Те самые, которые немногим ранее заняли своё место на мизинчиках обеих экс-лейтенанток, а перед этим выползли эдакими серебристыми многоножками прямо из брошенного и пойманного фрукта. А подобного, между прочим, на всё княжество только Мухина и Заболоцкая удостоились. По воле боярыни Чкаловой, таким образом отметившей и, как видно, оценившей, ну и приблизившей к себе достойных. Хотя стоит отметить, что именно тогда Вера и Юля как раз и были впечатлены демонстрацией, а на решение их повлияло мысленно переданное Её Милостью послание с весьма, как показалось озадаченным адресатам, заманчивым предложением.
