— Надеюсь, что нет, я же абсолютно ничего не помню.
— А почему мисс Грейнджер не предупредила заранее? С ее стороны это было весьма корыстно — использовать вас, а потом...
— Мисс Грейнджер надеялась, что наш случай станет исключением из правил, поскольку мы попали в волшебный мир по-особому, так сказать, приглашению. Так бы и было, если бы не вмешательство одного весьма, хм, педантичного типа... Я не виню мисс Грейнджер. В конце концов, в то время она была лишь школьницей, хотя и очень выдающейся. Прежде чем стереть мои воспоминания, она собрала их в особый флакон, пообещав, что однажды я получу их обратно и через три года снова навестила меня на Бейкер-стрит. За это время, не без ее участия, вышла поправка к Статуту о секретности, позволяющая делать некоторые исключения.
— Но ведь закон обратной силы не имеет.
— Не в данном случае, Ватсон. Как-никак, мы имеем дело с волшебством. Если помните, мисс Грейнджер обещала исполнить одно мое желание?
— И вы попросили сохранить вам память?
— Именно. Я не хотел терять столь ценную информацию. Она подумала и нашла выход.
— Получается, мисс Грейнджер вернула вам ваши собственные воспоминания?
— Именно так.
Доктор одобрительно кивнул.
— Скажите, друг мой, почему вы столько лет молчали, а сегодня вдруг решились все рассказать?
— Мне показалось, что сегодня был удачный повод. Хотелось отвлечь вас от хандры,
Ватсон фыркнул, пододвинул тарелку ближе и наконец принялся за свою порцию. Некоторое время был слышен только тихий стук столовых приборов.
— Ну, а что с профессором Снейпом? Вам удалось его найти?
— Пока нет.
— Нет? — удивление на лице Ватсона сменилось разочарованием. — Как досадно...
— Погодите, я сказал, что не нашел самого профессора, но это не значит, что я не раскрыл это дело.
— А, — доктор облегченно вздохнул. — Значит, наша репутация не пострадала.
— Не пострадала, — тонко улыбнулся сыщик.
— Тогда рассказывайте!
— Собственно говоря, рассказывать почти что нечего. Если бы я был лучше знаком с волшебным миром, то мог бы решить задачу, не покидая Визжащей Хижины. Но в целом моих наблюдений хватило, чтобы уже там сделать вывод, который впоследствии оказался ключом к отгадке.
— Вы узнали, кто был на втором этаже?
— Да. После небольшой беседы в кабинете директора и не без помощи талантов мисс Грейнджер, мы выяснили все, что было возможно.
— Я весь во внимании.
— Если вы помните, я упоминал ранее, что пригласил на беседу мистера Малфоя?
— Конечно помню. И он признался, что был наверху?
— Я не нуждался в его признании, Ватсон, достаточно было одного взгляда, чтобы понять...
В этот момент миссис Хадсон внесла на подносе блюдо с чем-то сладким и невероятно ароматным.
— Похоже, у нас сегодня на десерт тыквенный пирог!
— С корицей и яблоками, — подтвердила старая леди, водружая блюдо на стол. — Что-нибудь еще, джентльмены?
— Спасибо, миссис Хадсон. Все нас балуете.
— Бесподобно! Это то, чего нам не хватало для тонуса, Ватсон, — взяв нож, сыщик с удовольствие принюхался. — Что по-вашему означает этот кулинарный шедевр?
— Следуя методу дедукции, то, что наступила осень! — предположил его приятель. — Тыквы созрели.
— Великолепно, друг мой, — расхохотался сыщик.
— Не уходите от темы, Холмс.
— Ни в коем случае!
— Итак? — начал доктор, передавая Холмсу больший кусок выпечки.
— Итак, вы отправились в соседнюю деревню, где, по словам мистера Уизли, отлично проводили время, ну а я...
~*~*~*~
Холмс давно вышел из детского возраста, чтобы испытывать беспричинный восторг, а профессия закалила его воображение. И все же, следуя за своими проводниками, он постоянно отставал. Волшебники его не торопили, понимающе переглядываясь между собой. Даже наполовину разрушенный, этот замок давал простор для воображения. Люди, мало знакомые с сыщиком, по блеску его глаз и особому, цепляющемуся за каждую деталь взгляду сказали бы, что он слегка возбуждён. Но будь рядом Ватсон, то он бы непременно заметил, что его приятель взволнован до крайности.
— Поразительно нелогично, — бормотал Холмс, провожая взглядом волшебников, которые левитировали разбросанные всюду камни, очищая холл.
После полудня здесь появилось довольно много народу. Студенты, их родители, люди в министерских мантиях и жители деревни с энтузиазмом занялись восстановлением школы. Откуда то из коридоров доносился деловитый голос Филча, а главный зал под руководством деканов потихоньку приобретал первоначальный вид. Впрочем, здесь было немало и тех, кто любит побродить по месту происшествия, чтобы отметиться в числе причастных. «Когда мы восстанавливали Хогвартс из руин после великой битвы...» — будут вещать они потомкам... Холмс был чужд ненужного пафоса, но даже он проникся важностью момента.
