— Значит, телефон мой у вас есть, — повторяет Марат. — Как приедете, с аэродрома звоните. А еще лучше, если пришлете телеграмму, тогда я к самолету шубу привезу.
— Обязательно пришлю, — заверяет Энгманн. — Я, честное слово, очень рад тому, что с вами познакомился. Мы еще поработаем вместе. А в Москву постараюсь приехать летом, чтобы не утруждать друзей. К тому же я в шубе буду не очень подвижен.
Над нами висит большая карта Ганы. Теперь мы смотрим на нее не так, как в первые дни. За названиями городов и рек мы видим знакомые улицы и зеленые откосы берегов. Взгляд скользит по черным линиям дорог. Вот дорога идет по побережью, мимо деревни, где живет наш «земляк», мимо португальской крепости Эльмины и десятков других крепостей. Вот и порт Такоради, где работает мистер Смит. А дальше дорога уходит в лес, туда, к западной границе, в «лесное царство» концессий и лесопилок. А другая черпая полоска бежит к северу, к лунным кратерам алмазных разработок, мимо шахтерских город ков, в гордую страну Ашанти, к университету. И оттуда наверх, на север, мимо высоких термитников, к Тамале и знойной Болгатанге, где работают маленький цейлонец и энтузиасты-электрики.
И все-таки, уезжая из Ганы, мы чувствуем, что знаем о ней до удивления мало. Вот мы сейчас прощаемся с Энгманном, одним из самых хорошо знакомых нам людей в стране. А много ли мы знаем о нем?
Слишком короткое пребывание в Гане сказалось и на этой книжке — получились разрозненные картинки из жизни страны, не более. Так их и нужно рассматривать.
И я думаю, что у Энгманна не будет возражений против общей концепции этих очерков.
Нам пора уходить. Мы поднимаемся, прощаемся с Энгманном. Памятью о нас на столе остается маленький серебряный спутник, летящий над земным шаром. До встречи в Москве!
В дверях сталкиваемся с Файорси. Он так и не увиделся с нами в Болгатанге. Он выражает искреннюю радость по поводу встречи.
— Я так сожалею, что не смог вас застать на севере. Меня задержали дела. Ну хорошо, еще увидимся. Тут у меня есть надежда получить подряд.
И он скрывается за дверью.
— Не корысти ради, — тихо говорит вслед ему Марат.
А внизу, у входа, нас ждет Менса. Он написал письмо в Москву, нашим специалистам-сельскохозяйственникам, с которыми работал.
— Скажите им, что мы их помним. Пусть приезжают. Счастливого пути. Я поступаю на вечерние курсы. Надо учиться.
Менсу не интересуют выгодные подряды.
У подъезда останавливается черный мерседес. Из него сначала выносят зонт, желтый, громадный, потом в тень его вылезает толстый вождь. Ему тоже что-то нужно в Управлении. Менса неделикатно отворачивается. Он не любит вождей. У него с ними какие-то свои счеты.
В открытое окно видна архитектурная мастерская. Девушка склонилась над доской с перспективой нового жилого района.
Менса протягивает нам руку.
Что ж, пора ехать.
