– Ха-аби, – издевательски тянет Рикус и делает неожиданное: вальяжно устраивается на песке, положив голову ему на колени. – Помнишь, что в пути ты проиграл мне спор на желание, когда я насчитал больше чаек? Так вот, ты мой раб на всю эту трапезу. Корми меня.
Холод пробегает по спине от того, как непринужденно и шутливо он произнес «раб». Кулак сжимается, ножка серебряной чаши предупреждающе врезается в ладонь, и это отрезвляет – как и новый взгляд Орфо. Ничего оскорбительного в шутке нет. Что Физалия, что Игапта – такие же рабовладельческие страны, как Гирия. Я облизываю губы, сглатываю и тоже аккуратно пробую вино. Сладкое, с отчетливыми нотами клубники и апельсина. Специально для гостей, гирийцы предпочитают все же чуть более терпкие сорта.
– Тогда и меня, ты меня обидел! – Клио ложится с другой стороны, их с Рикусом затылки почти соприкасаются.
Ардон в своей манере закатывает глаза и, вздохнув, двигает ближе ее нагруженную едой доску. Не похоже, что он будет протестовать, даже наоборот: возмущение точно напускное. Эти трое явно связаны крепко, пусть связь и… странная? Впрочем, возможно, лишь для меня, не представляющего, каково это – положить голову на чьи-то колени. Дать вот так запустить руку в волосы, как Ардон делает с Рикусом. Или чтобы чужая рука подносила курицу к моим губам – как он подносит обжаренный в сухарях кусочек ко рту Клио.
– О боги, – неожиданно изрекает Орфо. Она покачивает чашу в пальцах и тоже наблюдает за троицей. – Не думала, что скажу подобное, но вы и сами такие милые!
Ардон мирно улыбается: его раздражение и досада, похоже, совсем схлынули. Он берет чашу, Клио с Рикусом тоже, и нам с Орфо остается только поднять свои.
– Вечный покой и свет этому легиону, – произносит Клио, привстав и опять повернувшись к мемориалу.
– И вечная слава миру во всем мире! – отзываемся мы все. Орфо улыбается: ей важно, что тост произнесла именно принцесса. Еще одна дипломатическая победа.
Чаши стучат. Отпив, Клио снова ложится на колени Ардону; Рикус же так и пил лежа и теперь жует сыр, который ему щедро сунули в зубы. Клио на этот раз берет курицу сама, потом закидывает в рот сразу пригоршню орехов. Интересно. Она расслабилась. Вчера она казалась куда более… нет, даже не зажатой, скорее боящейся
– Что?
– Нет, ничего. – Теперь неловко мне, я отвожу глаза и за неимением более безобидного варианта начинаю рассматривать Рикуса, чьи белые волосы составляют разительный контраст с темной одеждой Ардона и с темными же прядями Клио.
– Поешь. – Обновив чаши, Орфо придвигает ближе ко мне хлеб, и я все же начинаю ломать кусочки. – Учитывая твое состояние, тебе точно нужно есть больше.
– Покорми его с рук! – советует Клио, и я на всякий случай отсаживаюсь подальше, но Орфо только поднимает брови.
– У нас это не совсем принято между… – И все-таки ее щеки, кажется, заливает краска. – Между… м-м-м… вообще. – Нет, не кажется, она правда покраснела. А еще сильнее ее, похоже, сбил с толку хитрый прищуренный взгляд. – Что?
– Нет, ничего, – моим тоном, явно передразнивая, откликается Клио и гибким кошачьим движением опять тянется за чашей. – Давайте выпьем еще. За вас, за наших новых друзей!
Громкое слово, так быстро сказать его можно только в шестнадцать. Но мысль мимолетна; даже поднимая чашу и снова чокаясь со всеми, я смотрю только на Орфо и прокручиваю в голове ее слова. «Между… вообще». Что она чуть не сказала? «Между теми, кто не состоит в любовной связи», «Между волшебниками и гасителями» или просто «Между чужими людьми»? Она не выбрала ничего, словно поняла, что ни в один вариант Клио не поверит. Или?..
Или боялась ранить меня. Себя. Нас обоих. Она еще раз стучит своей чашей по моей, украдкой встретившись взглядом, и делает осторожный, изящный глоток. Сегодня она, похоже, решила держать себя в руках, а может, просто слишком устала даже для подобных пьянок.
– Ну а у нас принято, – неловко произносит Ардон, явно заметив что-то. Скармливает кусок курицы Клио, потом Рикусу. – В этом нет ничего зазорного. Мы контактная культура, – он косится на головы на своих коленях, – местами даже слишком.
– Так, тогда поешь-ка и ты тоже, – велит Орфо. – Ощущение, что ты кормишь только их.
– Спасибо, кира принцесса. – Сверкают в улыбке его зубы, он берет курицу с доски, и я с отчего-то сжавшимся сердцем делаю то же.
Я не могу не обращать внимания на его экзотическую красоту, на то, как сочетаются в нем угрюмая сила и терпеливая забота. Это точно может привлечь такую девушку, как Орфо. Я спрашиваю себя, почему думаю об этом, и ответ меня не радует. Хочется дать себе затрещину, а потом просто провалиться сквозь песок. Нет, нет, этого не могло случиться. Не после всего, не…
– Кир Эвер, что помалкиваем? – Мой взгляд ловит блаженно вытянувшийся Рикус.
