Мечтаешь себе о сцене, а тут бац – и отец находит женишка, да еще такого, хоть волком вой. Сбегаешь от одного, и тут же появляется другой, чешуйчатый, только вот бежать уже некуда. Еще и у нового этого дракона проблем выше крыши и решать их придется вместе или добавлять ему!.... Содержит нецензурную брань.
– Я сказал, ты выйдешь за Антона, и точка! Иначе я лишу тебя всех средств, заблокирую карты и сделаю так, что петь тебе будет негде! – вызверился на меня, с позволения сказать, «родитель». Ибо моей жизнью он интересовался куда реже, чем курсом доллара.
И сейчас я сидела в кабинете напротив отца и никак не могла прийти в себя. Продал. Он меня, как корову, продал! Нет, я, конечно, знала, что дела идут не очень, но не так же, чтобы продать родную дочь этому… Боже, да он же ногтя моего не стоит! Напыщенный, зажравшийся папенькин сыночек, считающий себя лучше всех. И отец уже объявил о нашей помолвке… заранее, ведь знал, что я буду против, и все равно сделал. Ненавижу!
– Хорошо, папочка! – сказала я максимально миролюбивым тоном, – и когда у нас официальная помолвка?
– Вечером. И не вздумай взбрыкнуть!
– Я могу идти?
Отец все время хмурился, на лбу даже испарина вон выступила. Была бы мама жива, она бы его остановила… А так… Мне всего 20, еще 2 года учебы. Хрена с два мне выбранный муженек позволит петь… Консерваторию, конечно закончу, но не более…
Что ж Антоша… Сам виноват! Я тебе устрою кузькину мать.
– Можешь идти. И наряд приличный купи, а то это… только для шлюхи годится!
Я громко хлопнула дверью, вылетев из кабинета, как ужаленная. Лучше придержать сейчас язык за зубами, а то и в самом деле запрёт дома, шиш сбегу! А мне нельзя. У нас завтра прослушивание. Если всё выгорит – уеду к чертям, а нет – придётся смириться со своей участью покорной жены миллиардера Смирнова. Если он, конечно, сам не сбежит раньше. Если…. Если это хорошее слово, как говорила Паника в моём любимом мультике про Геркулеса.
Платье я все-таки купила. Да, длинное, в пол… Только вот в декольте до пупка отказать себе не смогла. Да к черту! Я буду одеваться так, как нравится мне. И пусть кто-то только попробует мне помешать.
Итак, нужно блистать! Это же мой вечер? Мой. Значит, взорвем его!
Черное платье, как уже и сказала с глубо-о-о-ким декольте и разрезом до самого… кхм… до бедра, в общем. Черные чулки, прикрепленные кружевными подвязками. Мамин любимый медальон: сердце с её фото, которое дракон держит в лапках, и длинные серьги-цепочки. Завила локоны на своих черных, как смоль, волосах – до пояса, если что. И завершающий штрих – макияж! Ух, вот тут я оторвалась: широкие черные стрелки, добавившие во взгляд кошачьей хитрости, тушь, так чтобы казалось, что, хлопая ресницами, взлететь можно (благо природа наградила так, что ни приклеивать, ни наращивать не требовалось), яркая, алая помада, сделавшая мои тонкие губы визуально шире и привлекательнее…
– Ненавижу тебя, папочка! – сказала я зеркалу и пошла вниз.
Гости уже собрались, но вот женишка я не увидела. Зря вспомнила, как раз вошел… Деловой костюм и кеды – красавчик, блин! Ну что за невезение? Почему из всех непутевых идиотов мне должен достаться именно этот?
Это чудовище подошло ко мне, оскалилось… Фу! Меня сейчас вырвет.
– Лора, здравствуй.
– Пошел к черту! – буркнула я, улыбаясь гостям и изображая предельное счастье.
– Будешь артачиться, я все отцу расскажу, а он с твоим договоры разорвет. И полетит бизнес твоего папаши туда, куда ты меня послала, – ответил Антон.
– Откажись от свадьбы,– прошипела я, вложив всю злобу в этот шепот.
– Нет, я еще покатаюсь на тебе, шлюшка! – рассмеялся он. Правда, не надолго, ибо тут же получил пощечину. Отцу я могу еще такое позволить, но не этому козлу уж точно!
Я демонстративно развернулась и пошла в свою комнату. Быстро переоделась, перекинула рюкзак через плечо, вылезла в окно и рванула через парк от греха подальше. Вернусь завтра к прослушиванию, папочка остынет и, быть может, передумает…
В парке было темно и, как оказалось, не так уж спокойно: где-то слышались пьяные споры, где-то шепотки парочек, басистый лай большой собаки…
Я кралась по центральной аллее, пытаясь не показываться никому на глаза, но вот везет мне на уродов…
Дорогу перегородили двое. Ролевики что-ли? Наряды, словно с экрана сошли… Фентезюшки какой-нибудь…
– Лориэль? – спросил один из них.
Бог его знает, чего им надо, но узнавать как-то не захотелось. Я, как и положено приличной даме, взвизгнула и ломанулась, куда глаза глядят, а глядели они на фонари, что за лесополосой. Споткнулась, подвернула ногу и провалилась, как мне показалось, в какой-то колодец.
С диким воплем я все падала и падала, казалось, что конца этому падению не будет, а приземления я боялась! Хорошо, если только ноги переломаю, а если позвоночник?!
Ор мой закончился смачным матом, потому что приземлилась я на какую-то кровать. Комната довольно неплохо обставлена, мебель диковинная, под стилизацию века так 17-го… Это что, обитель призрака канализации?!
Утро не задалось. Надежда на то, что весть о смерти Фериэна ошибочна или приснилась мне, истаяла. Потому что разбудил меня настойчивый стук в дверь.
– Отстаньте! – пробурчал я и зарылся с головой под одеяло.
Старый слуга беззастенчиво вошел и стащил с меня последний рубеж обороны.
