— … Как ты объяснишь вот это? — и показал на яйцо, которое я вчера приволок к нему под крышу. — Что это вообще?
— Как что? Яйцо виверны.
Глаза Бориса едва не вылетели из орбит.
— Пусть полежит здесь до срока, — сказал я, поправив одеяло и подвинув поближе обогреватель. — Я потом заберу.
— До какого еще срока? Ты чего задумал?
— Посмотрим… Если оттуда вылупится виверна, то можем ее продать, а нет, так разрешаю тебе сделать из него яичницу.
— Виверна? Вылезет… В моем баре⁈
Устав с ним спорить, я вытащил из кармана расписные бумажки.
— Вот, Борис, за неудобства, — и сунул бармену в карман на фартуке. — Это часть за голову ее мамаши. Завтрак будет?
Почесав затылок, бармен все же уступил и направился на кухню. Тут ко мне подошел кот Василий.
— Мяу!
— Знаю-знаю, но тебе придется потесниться, — сказал я. — Хотя ты можешь и лечь сверху. Ему будет только теплее.
Судя по взгляду, кот не сильно оценил мою идею. Хотя какая разница? Он все равно только и делал, что охранял пивную бочку. Вот пусть и спит рядом.
Позавтракав, я направился разбирать свои сокровища. Сумки девушки отволокли к себе в спальню, которая оказалась даже теснее моей. Туда меня отвела Тамара Михайловна. Почему ее так называли, учитывая, что она была еще младше Вики, было не совсем понятно.
— Полагаю, это из-за очков, а еще ее манеры носить эти шали, — пояснил Иван. — Со спины ее можно легко принять за бабульку.
Скоро к нам присоединились и остальные девушки. Все золото из сумок досталось мне, а остальное мы разделилили. Вернее, разделили они, а большую часть отдали в счет моей помощи. Мне было приятно.
— Если бы не вы, Иван, Францев мог нас и покалечить, — сказала Вика. — Давно я не видела его таким… грозным.
— Угу, и пьяным, — кивнула Жанна и показала свои синяки. — Это мне еще повезло, что меня на скорой тогда не увезли.
— Так и уволилась бы, — фыркнул я, пересчитывая монеты. Каждая заставляла мое сердце биться чаще. — Или дала бы ему в лоб своей плеткой. Делов-то…
Жанна покачала головой.
— Ага, и потом найдут меня в речке… По частям…
— Знаете, как говорят у нас в клубе? — спросила Аня. — Если попал в «Логово», то остался в «Логове». Отец Ильи очень не любит, как это говорят, «бегунков». Тех, кто увольняется по собственной воле, потом могут и наказать. Я вот хотела сбежать, но меня вернули насильно.
И их лица помрачнели. Особенно грустной выглядела Тамара Михайловна — она вообще сидела бледнее некуда.
— Что же нам? Сидеть теперь в этом баре⁈ — поежилась Катя. — Я так-то учусь, а этот бармен явно не в восторге от нас. Он и так еле-еле согласился дать нам переночевать. Уборку мы затеяли, чтобы выразить благодарность, понравится… А он…
Вика фыркнула.
— Подумаешь! Еще и обозлился! Грязнуля!
— Иван, вы же поговорите с Борисом, чтобы нам позволили остаться? — взмолилась Аня. — Хотя бы на время!
Я снисходительно улыбнулся. Наивные, думают, что у них получится отсидеться и Драконыш о них забудет? Хех. Нет сомнений, что пока Илья болтался в той клетке, он каждой придумал смерть поизощренней. В первую очередь для меня, конечно, но и им точно попадет. Особенно этой Тамаре Михайловне — за то, что не взяла всю вину на себя, да и обчистила их как липку.
Следовало бы, конечно, прихлопнуть Францева еще в клетке, однако, чую, этот идиот, пытаясь мне отомстить, притащит больше золота. Как Эмиль с Лео. Как все эти бандиты, от которых я вычистил полрайона. Как очень многие враги, с коими я встречался еще в своей крылатой ипостаси. Все возвращались, и все приносили мне золота.
Посему далеко не всегда стоит расправляться с врагами одним ударом. Особенно если у них богатые семьи.
— Думаю, Борис и без меня давно дал вам «добро», — сказал я. — Он, конечно, слабак и ворчун, но без помощников ему не удержать это заведение. Особенно тех, кому он обязан.
Выйдя из спальни, мы спустились и увидели Бориса. Уперев руки в бока, он осматривал обновленное помещение и довольно подкручивал усы. На лице бармена лежало счастливое выражение.
— Вот видите? — кивнул я девушкам. — Ворчит он только для виду. А так он свой. Пусть и слабак.
Оставив их продолжать знакомство, я отнес золото к себе. По сравнению с конурой, где поместили всех пятерых «принцесс», мое логово казалось бальным залом.
— Может, вам поменяться? — спросил Иван. — Все же им там так тесно. И они женщины!
От его глупости я закатил глаза.
— Шутишь? А где по-твоему я буду прятать золото? В раскладушке?
Однако тут появилась новая проблема: комната была пусть и уютная и относительно просторная, но отнюдь не резиновая. Диван буквально лопался от переизбытка ценностей: давно вытащив из него наполнитель, я набил его монетами и они уже распирали обшивку. Тайники тоже закончились: и за обоями, и в шкафу, и под полами места больше не было.
Тогда мне пришлось «попросить» цветок потесниться.
— Сделано! — улыбнулся я, оценивая новый тайник. Увы, хватит его ненадолго.
