Я ответил — шахматистки. Чем ввел в глубокий ступор вопрошающих. Пришлось объяснять, что идеальные женщины — это шахматистки, они могут часами молчать, хорошо следят за фигурами и знают много интересных позиций. Примерно так, в свое время говорил известный шахматный гроссмейстер Ашот Наданян.
Через боль они смеялись над моими словами. Прям до слез, искренний смех двух человек… для которых завтра может уже и не наступит…
Очень тяжело на душе от подобного. Нет слов, чтобы описать.
И ведь умом то понимаю их, уже имея опыт собственной смерти. Ведь так хочется, еще пожить, дышать… Встречать солнце, любуясь рассветом, первыми лучами, что озаряют собой горизонт, а потом, провожать его в закат, смотря, как догорает огненный диск, медленно скрываясь за горизонтом…
Поздним вечером, в кабинете хозяйки замка.
— Даже лучшие целители уже не смогут им помочь… Увы, Алекс, магия не всесильна… Как бы тебе этого ни хотелось.
— Жаль… Очень жаль … — после долгого и открытого разговора с этими людьми, возникло непреодолимое желание помочь им. О чем сейчас и вопрошал у своей наставницы — В таком случае, что их ждёт дальше?
— Каждый из них, искренне не желает умирать, и даже согласен зацепиться за жизнь, а точнее, за существование — любым способом. Как, например, мой фамильяр Франсуа. Что касается их семей, то они будут обеспечены на пять десятилетий вперёд, за счет подобной жертвы.
— О как! Но, зачем тогда вы познакомили меня с ними, ведь у меня же и так уже есть два фамильяра и я ни как не смогу привязать к себе ещё кого-то.
— Из фамильяров — нет, а вот разумных слуг, добровольно согласных отдать тебе в твоё распоряжение души и служить в своём посмертии, более чем возможно.
— И ваш род согласен с этим?
— Нет, конечно же. Нашлись противники моего решения, в особенности муж. Но, последнее слово, разумеется, будет за мной.
— Тогда, почему вы сейчас меня об этом спрашиваете?
— Ты, для меня, особый случай, Алекс. Что уже успел сделать за такой короткий срок очень много для моей семьи. В том числе, и для старшей дочери. Ведь ты из раза в раз, встаешь на её защиту. И тебе ли уже не знать, сколько у моей семьи врагов — встав из своего кресла, леди подошла ко мне, чтобы присесть рядом, на край стола — А потому, мне спокойней на душе, когда ты рядом, с моими девочками.
— Что ты об этом думаешь? — спросила хозяйка кабинета, после небольшой паузы.
— Я не знаю, уважаемая наставница. Честно, не знаю. Слишком тяжело не то что, что-то решить, да даже говорить об этом, сложно… Нужно всё это пережить, переварить и подумать.
— Ты молодец, Алекс, правильно мыслишь, и я даже рада, что не спешишь со своим ответом. Человеческие души и судьбы, это не игрушка, а мы, не боги, что бы ими так легко распоряжаться.
— Увы, как я уже тебе сказала — продолжила после ещё одной паузы в разговоре леди — Они обречены, но, готовы послужить моему роду, и тебе в частности, даже после собственной смерти.
— Понимаю … Но, все равно, на душе от этого ни чуть не легче.
— Тебе нужно отдохнуть и хорошенько подумать — улыбнувшись, леди приложила свою нежную ручку к моей щеке, а после, провела ею по волосам.
— К сожалению, магия, а особенно в нашем случае, имеет и такую сторону, Алекс. Просто прими всё это, как есть. И тогда будет чуточку легче. Но, самое главное, не забывай этот опыт, не забывай этот моральный груз ответственности! И всегда, оставайся человеком.
Сидя в своей комнате, в полумраке и тишине, внимательно смотрю на свою левую руку.
Магия и её возможности. Вот значит как … Даже если очень хочется, даже если говорят, что это невозможно! Нужно пробовать, нужно стараться, искать обходные пути и варианты, если нет прямой дороги, и перед тобой стена, которую нельзя преодолеть.
Ведь, я сам — живой пример, что пределы магии, да и не только, находятся далеко за горизонтами понимания смертных волшебников. И уже вторую жизнь, в абсолютно новом мире, живу, дышу, учусь, развиваюсь, радуюсь и смеюсь, теряю и обретаю! А значит, есть варианты, нужно только их найти. Ведь в этом и есть суть волшебника, его бесконечный путь в постижении секретов и понимании магии.
Да взять того же Жорика — существо, а ведь он однозначно существо, живое и даже относительно разумное, что ставит в ступор такого чародея, как Сметвик.
— Слышишь меня? Постоялец незарегистрированный. Я знаю, что ты меня понимаешь. Сделай одолжение, даже не прикидывайся бревном, особенно сейчас, когда мне снова нужна твоя помощь.
— Есть у меня одна идея, и, хочешь этого или нет. Но, ты мне поможешь в её исполнении!
Хоть сегодня я их и увидел, впервые в жизни. Нутром чую, что просто обязан попробовать помочь этим людям. Не говоря уже о том, что, если они попадут к кому-то другому из рода, какое будущее их ждёт? Сделают из них пару зомбаков или скелетов? И оба кандидата за долгий век тысячу раз пожалеют о своём решении.
