— Нет — слон b6-f2, предпринял вполне хорошую атаку Уизли, завершившуюся шахом. А он не плох, однако. Борется, как может.
— Ты умеешь принимать критику? — король g1-h1.
Уизли снова завис из-за вопроса. Сидит и молча перебирает варианты, что бы такое сказать.
— Нет, не умею — слон f2-b6, на удивление честно ответил Рон.
— Удивил, что не соврал, что ж, продолжим. По-твоему в каждом человеке есть и добро, и зло? — пешка h2-h3.
— Да, но в таких как ты, Гибсон, зла однозначно больше! — король h8-h7.
— Ты считаешь себя человеком, зависимым от чужого мнения?
— Да, мы все такие, и ты не исключение.
Как интересно он однако отвечает. Мне точно будет над чем подумать после этого нашего диалога. Как и сейчас снова взбодрить его, а то, что-то рыжий поуспокоился.
— Могут ли деньги сделать человека счастливым? — ладья а1-е1.
— Издеваешься⁈ — мгновенная реакция на очередную провокацию. Ещё бы, ведь речь о том, чего ему крайне не хватает.
— Ты считаешь себя человеком, уверенным в себе?
— Да! — гордо ответил рыжий, явно внушая сам себе уверенность в своих силах. Пешка а4-а3.
— Как думаешь, смысл жизни нужно искать или создавать самому? — король h1-h2.
— Я не знаю, Гибсон, это слишком сложный вопрос — пешка g6-g5.
— Все люди по натуре являются лицемерами или нет? — конь f3-d4.
— Не все, но ты, точно один из них! — ферзь с2-с4.
— Чего бы ты хотел от жизни? — конь d4-f5.
— Денег и власти! — съел рыжий своим ферзём мою беззащитную пешку и поставив под удар ладью: с4-b4.
— Ты легко отпускаешь обиды? — ладья е1-с1.
— Нет! — уверенно ответил Уизли, двинув своего короля вперед: h7-g6.
— Ты считаешь себя человеком, который умеет прощать? — подготовленный удар ладьёй, под который, он, сам того не ведая, так сильно подставился, поведясь на коня: е7-g7 — шах!
Рон окончательно потерял нити игры, и теперь, смотря на доску перед собой, и при этом, прокручивая в голове мой вопрос и мысли, которые он вызвал, осознавал, в каком тупике оказался.
— Нет, Гибсон! Я не умею прощать, и лучше буду мстить любому, из-за кого хоть как-то пострадаю! — ответил, наконец Уизли, съев подставленного под удар коня: g6-f5, понимая, что лишился при этом последней ладьи.
— Все ли можно простить? — g7-g8.
— Нет! Нельзя прощать за то, что уже не вернуть! — слон b6-c7, ещё минус одна белая пешка.
— Правда, а, например, того, кто был твоим другом, родственником? Или, наконец, собственную сестру? — слон е5-с7. Теперь у рыжего остались только ферзь да пешки. Пал последний чёрный слон.
— Я уже ответил на твой вопрос! — скрипя зубами, сказал Рон, делая следующий ход, прекрасно понимая, что эту партию уже очень сложно спасти: ферзь b4-b2.
— Ты проиграл, Роникс — ладья с1-с5 — шах — И ты это прекрасно понимаешь. Ведь это лишь вопрос времени, когда я прижму твоего короля к стенке, забавно, не правда ли.
— Я не могу в это поверить! Ты жульничал, Гибсон! Ты всю игру пытался вывести меня из себя и мешал думать!
— Эх, Роникс, Роникс, мой молодой и наивный приятель. Неужели, ты до сих пор считаешь, что жизнь, твое окружение или прочие люди, будут честны с тобой? А любое противостояние, с кем бы то ни было, будет проходить в рамках каких-либо правил?
— Вы все в этом виноваты! Ты! Мордредов Поттер! Даже моя сестра виновата в том, каким я сейчас стал! — топнул ногой Уизли, следом сбросив шахматную доску на пол. И хотел что-то ещё сказать, но, не смог, так как за моей спиной развеялось заклинание невидимости.
— Джинни⁈ Какого мордреда ты тут⁈ Почему ты бродишь одна по коридорам, или тем более с этим магловским выродком⁈ — кричал Рон на сестру, придя в себя от удивления.
— Дурак! — в слезах покинула девочка класс, при этом, на бегу растворившись в темноте коридора.
— Лови, заслужил — кидаю ему в руки пару золотых — И спасибо за шоу!
Рыжий ни чего не ответил. Молча сжимая в руках две заветных монеты, терзаемый в данный момент крайне противоречивыми чувствами.
— Да тебе с такими рефлексами ловцом надо быть! — схватил оба блестящих кругляшка так, как будто от этого зависит его жизнь. Понятное дело, что для его карманных расходов это чуть ли не бюджет на несколько месяцев, если не на полгода. А может и того больше, вспоминая канон, как Уизли шарили в своем фамильном сейфе серебрушки. Хотя, после случившегося, я был уверен, что он швырнёт от злости в меня их обратно. А вместо этого, спрятал в карман, поглубже.
— Мы ещё сочтёмся, Гибсон! — кинув напоследок угрозу, рыжий младший покинул класс. Оставив и меня при этом, с весьма противоречивыми мыслями.
Получилось, ли разобраться в нём? В лучшем случае, отчасти. На какие-то собственные вопросы, сомнения и подозрения я уже получил ответы, а насчёт остальных, предстоит поразмышлять, взвешивая и прикидывая варианты, чем и предстоит заняться. Как и многими другими делами, которым нужно уделить своё драгоценное время внимание.