– Говорю же, колдун! – Аркани успевала есть, крутиться на стуле и обижаться. – Рашка сказал, что слышал, как глава приказал своим сыновьям избавиться от варваров. И сказал, что сперва колдунов надо всех извести. А кто такие варвары?
– Это мы, – я вздохнул и отложил пузырек. Застегнул сумку и встал. – Поела? Одевайся давай, вон, мама приготовила. Мы уезжаем.
– Я не хочу, – она захлопала глазами, готовыми наполниться слезами.
– Я хочу! – я повысил голос. Не знаю, почему они решили начать с безобидного деда. В отличие от него, настоящую угрозу разбушевавшимся сумолтирцам представлял именно я. И они могли нагрянуть в любую минуту. Не разносить же полдеревни из-за того, что соседи решили тебя убить? Или сжечь?
Лирра в спор вступать не стала и, как и любая мудрая женщина, молча поставила дочь в центр столовой и просто стала одевать ее сама. Костюм для Арки она сегодня готовила со всей тщательностью. Выбрала добротные сапоги из тех, что одевались всего пару раз – так больше шансов, что они продержатся дольше. Штанишки были плотные и нейтрального темно-синего цвета. Рубашка и курточка с капюшоном и нашитыми металлическими пластинами в области живота. От прямого удара не поможет, но вот от скользящего защитит почти наверняка. Такие же пластины были и на моей дорожной рубахе, в которой я сидел уже два часа.
– А когда мы вернемся? А куда мы едем? А кто еще с нами поедет? – Арка крутилась, Лирра шипела, а я прислушивался к звукам на улице.
– Готовы?
– Да, – жена кивнула, перекинула за спину щит, поверх меча и взяла дочь за руку. Я подхватил сумки и мы вышли в ночь.
На улице никого не было. Я вывел лошадей и подсадил Арку к Лирре в седло. Сумки я закрепил на своей кобыле. Застоявшиеся лошади рвались вперед, приходилось их осаживать.
– Рост, ты можешь на нас щиты навесить? – жена обернулась.
– Нервничаешь? – я пнул кобылу пятками и послал вперед. – Я еще в избе это сделал.
Жена кивнула и поехала рядом со мной. Мы решили не таиться по огородам и не ломать лошадям ноги, а поехать по дороге. Как оказалось – зря.
Они выскочили из-за домов с разных сторон и сразу же окружили нас. Арка вскрикнула от неожиданности, Лирра вытащила меч.
– Куда это вы собрались?
– Не твое дело, Мирсс, – Лирра огрызнулась. – Уйди с дороги!
– Согласно приказу главы деревни, я уполномочен не разрешить вам выехать. Вы должны вернуться в дом и позволить нам его осмотреть.
– Осматривай, – я равнодушно пожал плечами. – Хоть поселись в нем, когда мы уедем.
– Ты плохо слышишь, колдун? Я сказал, что никто из деревни не уезжает! Мало того… Понсус, Мотисс, взять его!
Я покачал головой и пнул кобылу, посылая ее с места в галоп. Лирра перехватила малышку поперек живота и ударила жеребца плашмя мечом по крупу. Он заржал и ринулся вперед.
Мы разметали толпу и понеслись по дороге к лесу. Пока местные оседлают своих кляч, пока соберут добровольцев, мы успеем сделать несколько верст.
Но ребята не стали нас преследовать. Вместо этого послышалась команда: «На колено!» и в воздухе пропели первые болты, только случайно не зацепившие лошадей – по нам стрелять было бесполезно из-за щитов.
– Их бы энтузиазм, да на службу Императору! – Лирра на скаку загнала меч обратно в ножны. – Цены бы такой армии не было!
– Пусть лучше здесь зайцев стреляют – наши ребята на передовой, целее будут!
Моя кобыла взвизгнула и сбилась с шага, но, к счастью, мы уже нырнули под сень деревьев.
Я снова выругался и уселся прямо на обочину. Снял сапог с полуоторванной подметкой и отряхнул ступню от мелких камешков. На ноге уже начали образовываться довольно неприятные мозоли. Оленсис присела рядом со мной на корточки и молча протянула кусок ткани, оторванный от подола ее, некогда роскошного платья. Я вздохнул, но тряпку взял.
– Что тут у тебя? – солдат из императорской сотни, сопровождавший нас к стоянке армии, подъехал ко мне. В отличие от бывших заключенных, стража ехала верхом. А половина и вовсе, сидя на козлах обоза. Провизию мы вынуждены были везти с собой.
– Подметка отлетела, – я подвязал сапог. Получилось уродливо, но прочно.
– Ну, и что? Вставай! До захода еще далеко!
Он щелкнул кнутом по воздуху – солдатам так и не терпелось опробовать их на наших спинах. Как будто унизительных браслетов и трех презрительно улыбающихся магов нам было мало.
Еще в начале похода нам четко разъяснили, что нас ждет. Наши три с половиной сотни – часть штрафного батальона, в который кроме нас еще могут попасть провинившиеся солдаты и даже офицеры. Наше почетное место – на передовой. Нас бросят в атаку, отлично зная, что все мы погибнем. Но это, конечно же, никого не трогает.
И сбежать нельзя. Как только узник отдаляется на расстояние больше тридцати саженей от отряда – браслет вспыхивает столбом ревущего пламени. Не сам по себе, конечно. На это есть маги, получающие команду от этого куска стали с кнутом.
Сегодня ночью пара умников попыталась убежать, причем в разные стороны. Их вопли, полные адской боли, перебудили весь лагерь.
