Я была согласна с ним, извиниться стоит. Поэтому кивнула, улыбаясь
— Мы с тобой обязательно поговорим. Но, сейчас мне нужно идти. Я должна отдать Варю Елене Дмитриевне.
Мама моего бывшего мужа Егора была единственным человеком, которому я могла доверить свою дочь, поэтому попросила Макса отпустить меня. Он лишь разжал хватку и я тут же побежала в детскую. Громов расстарался для своей единственной внучки. В её комнате было всё. Вообще всё, что только могла бы пожелать шестилетняя девочка. Передавая дочь своей бывшей свекрови, я настрого наказала не подпускать к ней Каина. На что Елена смеясь заявила, что они поедут на дачу. Подышать свежим воздухом, попить молока
За дочь я была совершенно спокойна. Елену считала самым близким человеком. Она заменила мне мать, поэтому ей я доверяла как самой себе.
Вышла в зал, где как раз уже был организован банкет. Столы стояли строго по кругу. Алкоголь с напитками. Горячее. Закуски. И коктейльные мини корзинки с канапе. Неожиданно для себя поняла, что безумно голодна и мне до жути хочется есть. Гостей было много. Я никого не знала. За исключением Туманских. Но, навряд ли это будет проблемой. Громов деликатно знакомил меня со своими компаньонами и знакомыми, представляя дочерью. Друзей у него как я поняла не было только знакомые. Громов не верит никому.
Как же я его понимала.
Я взяла бумажную тарелку и положила себе две тарталетки с икрой, не обращая внимания на остальных гостей. Я не собиралась заговаривать с кем-либо раньше, чем кто-то заговорит со мной.
И уделяя все свое внимание угощениям, я то и дело наклоняясь к столу, выбирая сырные закуски, подсоленные галеты, выщипывала виноградины, старательно оглядывая весь ассортимент, чтобы не пропустить что-нибудь вкусное. В результате, даже не поднимая глаз, вскоре заметила, что стала центром всеобщего внимания.
Аккуратно откусила хлебную палочку и, держа ее в зубах как карандаш, отвернулась от стола.
— Можно и мне откусить?
Глаза. Мои собственные глаза вдруг широко распахнулись от потрясения, я затаила дыхание. Мозг отчаянно сопротивлялся, отказываясь подтверждать увиденное и оставляя в состоянии беспомощной уязвимости. Хотя серьезные мысли исчезли, чувства продолжали безжалостно все регистрировать: синие глаза, немилосердно пронзающие меня взглядом, приятный запах знакомого одеколона, два длинных пальца, спокойно берущие меня за подбородок.
Наконец Каин наклонился и с предельной аккуратностью откусил другой конец хлебной палочки. В этот момент наши губы оказались в считанных дюймах друг от друга. Затем он наклонился для второго укуса. Рукой автоматически схватила палочку хрустящего хлебца и отшвырнула её в сторону. Каин по-прежнему не спускал с меня глаз. Наконец я, сама не зная зачем, шумно втянула в себя воздух и раскрыла рот. Возможно, собиралась закричать. Сердце стучало, как молот, а в глазах помутнело.
— Спокойно, спокойно.
Каин забрал у меня нож, который я схватила со стола скорее на автомате, а затем ловким движением ухватил за запястье. Он спокойно держал меня за руку, словно проверяя пульс. Гладил ладонь большим пальцем, словно утешая.
— В доме полно охраны
Шёпотом взмолилась, глядя ему в глаза: — Уходи отсюда… скорее
— Идём, нам надо поговорить
И не дожидаясь моего ответа, рывком подтянув к себе, потащил из зала в коридоры…
Ты в кого-то влюблён, и, как следствие, ненавидишь себя за это. Если так сложилось, что этот кто-то не захотел быть с тобой, то он не твоя судьба… Отпусти. Вселенная обязательно пошлёт тебе другого человека.
— — Каин ——
Тёмные, длинные коридоры. Чего я хочу?! Только одного. Её. Из-за неё я здесь, из-за неё я проигнорировал приказ отца держаться от Громовых подальше. Из-за неё, я отправил во временный отпуск охрану Громова, стоявших на входе у крылечка. Из-за неё я теряю крышу. Она толкает меня на отчаянные поступки. Рядом кто-то прошёл, Катерина подлая Громова во плоти, до боли всадила острые зубки мне в руку и попыталась закричать. Выругался, притянул к себе, заткнув поцелуем. Рывком оторвал от пола.
Ногой толкнул дверь ближайшей комнаты и затолкал в неё. Поставил на ноги, придавил к стене, рот прикрыл ладонью. Понимая всю безуспешность своих попыток, она наконец расслабилась. Шаги стихли… а за дверью воцарилось молчание. Отведя руку в сторону, уставился на свою женщину. Которая явно не была рада нашей встречи.
— Зачем ты пришёл?!
Когда Катя злится, её глаза становятся горьким, манящим шоколадом сладкого, колдовского омута… грудь вздымаясь опускалась… А она злилась… замотала головой, прошипела:
— Пусти меня!
— Стой спокойно
Не отпуская руки Катерины, положил другую руку ей на затылок, приблизил её лицо к своему. Она не сразу сообразила, как защититься, и уперлась рукой мне в грудь.
— Каин Зверев! Не смей прикасаться ко мне! Я тебе запрещаю!!!! Ты что делаешь?!
