– Да уж, – пробормотал Фрик, вспомнив эпизод с газовым баллончиком. Знакомство с Алисой и впрямь прошло весьма необычно. Вот с Леськой совсем все было по-другому. В конце третьего курса он вдруг понял, что его одногруппница весьма привлекательная девушка, и решительно пошел в наступление. Крепость по имени Леся сдалась быстро и без боя. Там все было просто и понятно. Он оказался у нее первым, почувствовал ответственность и теперь все тянул, никак не мог придумать повод для расставания. В принципе Леська его устраивала, всегда была под рукой, про интрижки не знала или предпочитала молчать. Вот Алиса точно не стала бы терпеть. Фрик вдруг поймал себя на мысли, что думает о ней не как о придурочной Летяге, а как о своей девушке. Поймал и разозлился: эта нахалка буквально несколько часов назад целовалась с каким-то упырем. Нет, он все-таки найдет повод и морду ему начистит. Или так, без повода.
Остаток ужина прошел вполне мирно. То ли родители удовлетворились историей знакомства, то ли поняли, что не стоит продолжать эти расспросы, но все остальное время беседа вертелась вокруг горнолыжных трасс, велосипедов и тому подобного.
Алиса расцвела, даже поспорила с отцом Фрика на тему, какой велосипед круче, где самые опасные спуски и так далее. Фрик и его мама внимательно слушали. Женщина умилялась, а парень понимал, что его предки попали под обаяние непосредственной зеленоглазой чертовки.
– Слушай, у тебя предки просто обалденные, – призналась девушка, когда они вылезли из-за стола. Елизавета Алексеевна категорически отказалась от помощи Алисы, заявила, что нечего гостям убирать со стола, и отправила их на балкон.
– Кажется, от тебя они тоже прибалдели, – Фрик разглядывал ночной двор, опершись локтями о перила. Холодный воздух приятно освежал и бодрил.
– А почему твой отец больше не катает? Знаешь, я его видела, очень давно. Он меня и вдохновил на то, чтобы начать заниматься даунхиллом. Поэтому и вылупилась на велосипед на твоем балконе.
– Серьезно? Прикольно. Да, бывают в жизни совпадения. Кто бы мог подумать, что мой папа невольно станет причиной рождения такой придурковатой звезды спусков.
– Сам ты придурок, – разозлилась Алиса. – Думаешь, один раз по случайности победил, так теперь все время будешь тыкать меня носом в проигрыш?
– Никуда я тебя не тыкаю, – Фрик умудрился рявкнуть шепотом. – Да за что мне такое наказание? Нафиг я вообще пошел на поводу у матери и позвал тебя?
– Ха-ха, особо не мечтай тут ничего. Если бы я не хотела, то не пошла бы, понял? Мне просто хотелось на своего кумира детства посмотреть.
– Посмотрела? – спокойно спросил Фрик. – Думаю, нам уже пора. Я такси вызову на твой и на свой адреса.
– Да, пожалуйста. Твой папа гораздо лучше. На тебе природа отдохнула. Жаль, что он бросил кататься. Слушай, а, может, снова начнет? Или у него травма?
– Это у тебя травма на всю голову, – Фрик глубоко вдохнул, успокаиваясь. – Папа уже никогда не будет кататься.
Большего он пока не мог сказать. Владимир для него тоже всегда был идеалом. Три года назад мужчина, работающий начальником одного из заводских строительно-монтажных участков, решил зачем-то помочь своему подчиненному. И полез вслед за ним на огромный резервуар, который покрывали светоотражающими фильтрами. Крепления лесов не выдержали, рабочий и Владимир полетели вниз, с высоты шести метров. Повезло, что не ударились головой. Рабочий сломал обе ноги, он упал не на бетонные плиты, а в росшие неподалеку кусты. Владимиру повезло меньше: оказались сломанными рука, лодыжка и раздроблены тазобедренные кости. Но, к счастью, позвоночник не пострадал. После почти года в больнице и многочисленных операций, во время которых кости скрепили между собой титановыми стержнями, Владимира выпустили домой, на реабилитацию.
Фрик, несмотря на то что прошло три года, до сих пор помнил атмосферу, царившую тогда у них дома. Парень видел, как тяжело приходилось матери. Почти три месяца она ночевала в больнице, уезжая оттуда на работу. Домой забегала на час-полтора и сразу же убегала обратно. С Фриком и Юркой по очереди жили то одна, то вторая бабушка. Если одна всячески поддерживала детей, говоря, что все нормально, что папа скоро поправится, то вторая почему-то решила запугать детей. Однажды Фрик не выдержал. Когда измученная мама пришла поздно вечером домой, бабушка уже с порога начала причитать и уверять, что Владимир больше никогда не сможет стать полноценным, что теперь семье придется туго и тому подобное. Фрик не сдержался и наорал на бабушку, заявив, что папа станет таким же, как и раньше. И нечего тут пугать мать, которая и так уже на пределе. Парня обозвали наглецом и бесчувственной сволочью, но причитания прекратились.
Владимир, правда, почти вернулся в форму, ему даже сняли инвалидность, спустя два года после аварии. Но вот о велосипедах, да и вообще об активном спорте пришлось забыть. Максимум – гимнастика и бассейн.
