К неприятному липкому страху прибавилось смущение. Необычная смесь эмоций. Хочется улыбаться, вспоминая моменты, связанные с Шмелем. И поминать рогатого, видя угрожающее послание от одной из его поклонниц.
Отвечать ничего не стала. Подавила в себе желание написать в ответ какую-нибудь колкость. Она обязательно напишет ответ. Я тоже… Так и будем до утра переписываться. Ей это, возможно, и понравилось бы. Мне, наоборот, было от этого мерзко.
Полночи размышляла над тем, почему я вообще решила, что Слава свободен и почему парень так плохо обходится со своей девушкой. Ведь ясно же, что они с Дианкой в более тесных отношениях и она имеет право ревновать его к другим. В отличие от меня. И следующий вопрос: с какого перепуга Шмелев обратил свое внимание на меня? Зажатую, богатенькую ботаничку, которая, скорее всего, откажет в близости. Одно для души, а другое для тела, так получается? Со мной он общается, шутит, всячески на людях показывает свой интерес. А с Ди – спит. Нет, ну а что еще я могла об этом подумать?
На следующий день Тимофей разослал всем сообщения, чтобы собрались в корпусе «А» и повторили заученные до зубовного скрежета реплики и действия. Ну и нужно было додумать вопрос с аранжировкой. А то в последний раз аппаратура что-то барахлить стала.
Сказать, что я была не в настроении шутить – не сказать ничего. А там еще Волгин вдогонку решил всех нас совсем перед игрой замучить. Приписал к первому сообщению, что со следующей недели собираться будем каждый день. Перспектива оказалась безрадостная. Мне надо было подрабатывать, да и у всех остальных дела тоже наверняка имелись.
- Чего-то ты сегодня кислая, - заметила Лера, когда мы с ней выходили из подъезда. – Круги под глазами вон минут пять перед завтраком замазывала.
- Да вот думаю, - достала из кармана куртки айфон и раскрыла на нем ночную угрозу, - что с этим делать.
Раньше я как-то не особо хотела посвящать подругу в подробности наших с Каланчой взаимоотношений. Но теперь было жизненно необходимо ее мнение. В конце концов, Яблочкова сама много раз намекала на то, что я нравлюсь Шмелю. А получается, оно не совсем так. Или так? Как быть-то?!
- Ну и? – Лера сначала не поняла, о ком идет речь. – Это что?
- Это девушка Вячеслава, - хмыкнула и, свернув сообщения, убрала телефон обратно в карман. – Которая узнала о нашей с ее бойфрендом невинной переписке.
- А такой ли уж невинной? – в глазах девушки заплясали чертенята.
- Обычной для парня и девушки, не состоящих ни в каких отношениях и оттачивающих свой юмор друг на друге, - выкрутилась я.
- А, ну да, - хитро улыбнулась Валерия. – А с чего ты решила, что эта грубиянка нужна твоему воздыхателю?
- Он не мой воздыхатель, - нахмурилась и сняла свою «Волгу» с сигнализации. – И я на него не претендую. Мы просто общаемся.
- То-то эта коза беситься стала, - покачала головой Лерка. – Знаешь что, а ты расскажи Славке об этом инциденте. Пускай сам разбирается, кто ему и для чего нужен.
Ну, прямо мои мысли читает. Только вот…
- А если я, так сказать, настучу ему на эту блодинку, то мне потом не прилетит по макушке? – с опаской уточнила.
И отец не спасет. На то и был сделан расчет. Чтобы непутевая дочь хлебнула горя и поскорее прибежала обратно, вымаливать прощения.
- Я сомневаюсь в том, что после бурного выяснения отношений, эта мадам вообще о тебе вспомнит, - откликнулась подруга и игриво мне подмигнула.
Я устроилась за рулем и ошарашенно наблюдала, как Валерия неспеша устраивается на пассажирском сидении. Это же надо было такое сказать… Нет, ну все может быть. Но если Шмелев хорошенько отшлепает эту свою Диану, а затем основательно задобрит, то это получается…
- А причем тут я? – возмутилась, громко хлопнув дверью. - Им и без меня в таком случае неплохо. Ди получит свое, Шмель – тоже не останется без внимания. Смысл вообще было меня во все это впутывать?
- Эх ты, неуч, - довольно улыбнулась Лера, намекая на мою неопытность в амурных делах. – Парням ведь нельзя монахами становиться. Они без нас, девушек, на стенку лезть начинают.
Как раз мимо нас проходил один такой среднестатистический представитель сильного пола. Худой, высокий и с красным курносым носом. Глаза карие, глубоко посаженные. Закашлялся бедолага, когда услышал, что о нем и его соплеменниках думает одна привлекательная особа, которая не преминула стрельнуть глазками и мило улыбнуться. Со своей стороны-то дверь она так и не закрыла. Вот и услышал тот, кому следовало держаться от моей подруги подальше.
- Паш, привет, - окликнула она молодого человека. – На работу, да?
Тот аж споткнулся от неожиданности. Потом кивнул и ускорил шаг, не желая общаться с чрезмерно активной и особенно языкастой сегодня Лерой. Я завела мотор и, дождавшись, пока парень скроется из виду, скомандовала:
- Закрывай дверь и рассказывай, кто это такой, - теперь уже настала моя очередь ухмыляться.