Дальше мы почти не разговаривали до самого города. Атмосфера вины, тоски и напряжения была для меня почти невыносима, поэтому, как только мы въехали в город, я тут же попросила Илью отвезти меня в салон и забрать оттуда через час. Высадив меня на нужно остановке – салон находился прямо у дороги – он повёз Вику дальше. На улице было холодно и я надела меховые наушники, пряча волосы под капюшон – шапки я не могла носить абсолютно: все, что касалось моего лба вызывало ощущение слепоты и я теряла ориентацию в пространстве, переставая чувствовать окружающих.
Быстро закончив со всеми процедурами, на которые записывалась, я вышла, планируя немного подождать его на улице, и спустилась к остановке. Скучая я начала разглядывать редкий в воскресное утро народ. Собственно на остановке было всего три экземпляра. Какой-то угрюмый подросток и пара приблатненного вида отморозков лет восемнадцати. Беспредельные… Опасные… В воздухе неуловимо повеяло катастрофой. Я чувствовала себя зрителем какого-то злого шоу, которое уже началось. Эффект шоу усиливался еще и тем, что мои актёры не могли видеть меня, а я их могла.
Неслышный хлопок сдвинул реальность и действо началось. Я сосредоточилась, стараясь не упустить детали. Подросток достал из кармана деньги и мелькнул очень крупной купюрой. Очень непредусмотрительно! Парочка на мгновение застыла и, переглянувшись, о чем-то быстро договорилась.
Дальнейшее развитие событий было очевидным для меня. Но вмешиваться было глупо – чем я могла помочь? Хотя внутри прямо всё свело от желания вмешаться. Хоть как-то! На повороте показалась желтая неповоротливая туша автобуса, и отморозки рванули к подростку, вырывая из его рук деньги. Автобус притормозил, и я не зная еще чего хочу точно, тихо скользнула следом за ними в автобус, в переднюю дверь. Они прошли вглубь салона и, уставившись в заднее окно, довольно обсуждали случившееся, незамечая ничего вокруг. В автобусе сидело всего пара человек. Один спал, второй смотрел в окно, видимо уже давно выключившись из реальности. Кондуктор был в кабине у водителя. Все эти моменты я проанализировала за несколько секунд.
«Выход только в переднюю дверь» - прочитала я.
Решение пришло мгновенно, и я быстро скинула на ближайшее сиденье дубленку, стянув наушники на шею.
Стоп, стоп, стоп! – орала вменяемая половина моего сознания. – Опасно!
Ням-ням… – мурлыкнула вторая.
Заткнув их, я сделала уверенный шаг в сторону ржущей парочки, и по-хозяйски пройдясь по салону, вцепилась пальчиками в край купюры, которой один махнул перед носом второго.
– Приготовим плату за проезд мальчики! – похабно улыбнулась им я, и не позволяя отвлечься на мой не очень подходящий внешний вид, добавила: – Люблю БОЛЬШИЕ купюры!
Удивленно и нагло заулыбавшись мне в ответ, держатель купюры разжал пальцы. Я медленно и пошло жевала жвачку, добавляя в атмосферу побольше отвлекающих факторов.
– Сейчас, разменяю! – подмигнула ему я, – И верну сдачу с телефончиком.
Сердце от адреналина ломало изнутри грудную клетку, волны удовольствия и драйва слепили меня наслаждением.
Вот оно мне надо!? – усмехнулась я про себя, и тут же ответила: –ДААА!
Я чувствовала на спине их протыкающие взгляды.
Автобус притормаживал перед остановкой. Двери открылась и я, задержавшись на несколько секунд чтобы подхватить дубленку, быстро вылетела из него.
Если они сейчас сообразят… Мне пиздец!
Но видимо не привыкнувшие к ответным нагибонам отморозки с места не сдвинулись, а только ошеломленно смотрели на меня в заднее окно отъезжающего автобуса.
Помахав им ручкой я быстро оделась и подгоняемая азартным кайфом перешла дорогу, быстро тормозя тачку, чтобы вернуться. Илья был уже на месте. Его машина была припаркована там же, где он и высадил меня. Подросток тоже всё еще стоял на остановке. Перебежав дорогу в «неположенном месте» и улыбаясь раздраженным водителям, я быстро впихнула в руки потерявшему дар речи подростку его деньги и запрыгнула в машину.
Меня наконец-то начало отпускать и я рассмеялась…
Илья явно заметил мой маневр с деньгами и подростком. Да и мой неадекват было сложно не заметить.
– Что произошло? – нахмурился он, разглядывая неудержимые спазмы улыбки на моем лице. – Что ты опять натворила?!
Нееет! Этого рассказать тебе я не могу! Боюсь, что забив на наши статусы, загнешь меня прямо над капотом и выпорешь… – закусывая губы, моргала я ему в ответ.
– Не расскажешь… – покачал удрученно он головой, не глядя на меня.
– Через пару лет! – пообещала я ему, – Если ты всё еще захочешь послушать.
И пытаясь хоть как-то расслабиться от одуряющего меня драйва, я притянула его к себе и прижалась своими губами к его.
– Да тебя трясет всю! – в перерывах между медленными поцелуями попытался вставить он.
– Просто – «вкусно»! – хихикнула я, – Не отвлекайся…
***
Вырисовывая мне что-то невообразимое на веках, Леха сосредоточенно сжал чуть блестящие губы. Протянув руку, я коснулась их и размазала на пальцах…
– Гигиеническая помада! – закатил он глаза. – Всё время обветриваю. Не шевелись…
– Меньше надо на морозе целоваться… – поддразнила его я.
