Мэттью убрал телефон в карман. Письмо он отправит сразу же, как только сможет. Как раз в этот момент в двери повернулся ключ. Отец с дочерью обернулись и увидели, как в дом вошла Салли, нагруженная двумя сумками с покупками и с букетом тюльпанов в руках. Всё это она сложила возле холодильника.
– Ну, как мы себя вели?
– Утоляли жажду. А вот показывать свою гениальность в сортировке фигур настроения не было. Боюсь, что ты всё это себе придумала, милая.
Жена Мэттью бросила взгляд на большую игрушку-сортер, стоявшую перед Амели, и прищурила глаза.
– В этот момент надо отвернуться, разве я тебе не говорила? – Она отнесла цветы к сушилке для посуды.
– Не понял.
– Амели ничего не будет делать, пока ты на нее смотришь.
Мэттью с трудом в это поверил.
Салли подошла и протянула красный кубик дочери.
– Уверена, что наша Амели не знает, куда это надо вставить. – Сказав это дочери, она отвернулась и схватила Мэттью за плечо, чтобы повернуть и его.
– А ты уверена, что поступаешь правильно? – запротестовал детектив. – Мы с тобой растим какого-то монстра, Салли: крохотный ребенок, у которого в словаре есть только одно слово «НЕТ» и который отказывается выполнять задания, если ты не отвернешься…
– Тс-с-с. А теперь посмотрим, сделала ли нам Амели сюрприз? – Сал почти выкрикнула эти слова, и они повернулись к дочери.
К удивлению Мэттью, кубик исчез. Сначала тот стал искать его на полу, решив, что дочка просто бросила его. Но Салли взяла в руки игрушку и потрясла ею, чтобы убедиться, что кубик оказался внутри нее.
– Это полтергейст, – заявил Мэттью. – Амели не могла сделать это сама. Считается, что она сможет делать это только через несколько
Салли рассмеялась и вернулась к раковине, чтобы взять с подоконника вазу и наполнить ее водой из-под крана.
– Это полтергейст, правда, Амели?
– НЕТ! – Девочка вновь взялась за свою бутылочку, а Мэттью наклонился вперед, чтобы поцеловать ее в лобик.
И вот – случилось!
– ПАПА.
Все замерло – немая сцена. Мэттью слушал, как эхо отражается от всех стен, но боялся поверить, что это правда.
– Что ты сказала? – Он задал вопрос шепотом, а Салли повернулась к ним с тюльпанами в руках.
– ПАПА.
Амели посмотрела ему прямо в глаза и вновь принялась за сок. Это было мгновение чистого волшебства. Мгновение, которое превзошло все, что Мэттью испытывал до этого. В день, когда она родилась. В день, когда он привез ее домой. В день, когда она впервые улыбнулась.
И вот наступил
День, когда его упрямая и обожаемая доченька наконец назвала его ПАПОЙ.
Сегодня, 18.30
Я впадаю в какой-то транс. Дыхание у меня замедляется. Я замираю и просто смотрю в окно.
Можно ли назвать это шоком? Не знаю.
Может быть, шок необходим мне, чтобы пережить это путешествие? Путешествие по моей собственной преисподней, с деревьями, едва различимыми сквозь пелену дождя, и потоками воды, под углом стучащими в вагонное окно… И вот я сижу и всё смотрю и смотрю, пока мое сердце не начинает биться в унисон со стуком колес и я не переношусь вместе с деревьями и дождем в прошлое – далекое-далекое прошлое, туда, где всё это началось. Вспоминаю, как всё было просто, безупречно и удивительно в тот вечер, когда я впервые встретила Марка. И в какой безопасности ощутила себя тогда.
Бросаю взгляд на мужа. Тот сидит с закрытыми глазами, и мне интересно, о чем он сейчас думает: может быть, как и я, хочет от всего отключиться? И вспомнить лучшие времена? Более безопасные времена?
Мы, я и Марк, встретились на присуждении профессиональных наград. Мы оба притворялись, что нам наплевать на то, что награда в результате досталась нашим соперникам, и стояли плечом к плечу возле стойки портье, желая заказать такси, чтобы уехать пораньше, в то время как победители обливали своих коллег «Боллинджером»[53] в зале, где вручались награды.
Марк тогда только-только открыл собственную компанию, и его обставил главный конкурент – компания «ПРО-моушн»[54]. Боже, я так ясно всё это вижу – как я была тогда молода… Молодая и – да – довольно хорошенькая, хотя и очень злая, и разочарованная. Мне приходилось улыбаться сквозь стиснутые зубы, потому что коллега-копирайтер[55], известная тем, что ворует клиентов (а также мужей, если верить слухам), продефилировала на сцену, покачивая бедрами в обтягивающем платье.
«Полчаса», – это были его первые слова, обращенные ко мне.
«Я хочу сказать, что такси придется ждать полчаса».
Я смотрю на Марка и вспоминаю, как мне тогда сразу же понравилось то, что я увидела перед собой. У него была хорошая линия подбородка и отвратительно сидящий костюм. Он был ему велик, словно Марк сильно похудел.
Но я была не в настроении, поэтому пожала плечами и пошла к выходу из отеля. И только на улице поняла, что он идет за мной.
– Я могу вам чем-то помочь? – Я не собиралась флиртовать с ним, просто была слегка озадачена. А еще разочарована и хотела как можно скорее уехать.
– Вы же не собираетесь ловить его здесь?
– Простите?
– Я про такси. В это время дня? Никаких шансов. Особенно здесь. Я уже пробовал.
