– Одному Небу известно, как мне могло прийти в голову такое, – издевательски продолжила Кэролайн. – Учитывая то, какой жеребец ты и какая шлюха она! Но тогда я сказала себе, что это случилось всего лишь раз, что ты не любишь ее, а поступаешь так только из эгоизма или жажды мести. И вот обезумевшая от любви дурочка, какой я была тогда, твердо вознамерилась вернуть тебя. А ты… – На мгновение голос подвел Кэролайн. – А ты, – швырнула она в лицо Тадео, изо всех сил борясь со слезами, – ты позволил мне унизиться так, что я до сих пор содрогаюсь, вспоминая об этом. Все убеждали меня закрыть глаза, даже моя собственная мать. Я так и поступала. Но после тех телефонных звонков я не могла больше прикидываться слепой.
– Телефонных звонков? – с недоумением переспросил Тадео.
– Да, черт возьми, телефонных звонков! Этой… особе! Я получила счета, где был указан ее номер, в тот же день, когда ты, бросив все, полетел сюда. Один из этих проклятых разговоров длился целых два часа! А второй звонок был сделан в вечер нашей годовщины!
Тадео застонал.
– Кэрри, ради Бога, позволь мне объяснить!
– Ты не сможешь, Тад. Да и поздно что-либо объяснять. Я все равно ничему не поверю. Я хочу развода. И я хочу оставить себе детей.
Он вздернул подбородок, и на его надменно красивом лице отразилась решимость.
– Нет, ты их не получишь! И развода ты не получишь тоже!
– Вот как? Посмотрим! – бросила Кэролайн. – Если помнишь, у моей матери есть весьма влиятельные знакомые юристы. Они помогут мне отсудить детей. И ни тебе, ни тем более твоей грязной потаскушке не позволено будет даже приближаться к ним!
Никогда еще она не видела мужа таким потрясенным. Какое-то время Тадео стоял, опустив руки, и просто смотрел на нее. Но затем собрался и твердым, рассудительным голосом, глядя ей прямо в глаза, начал:
– Кэрри, ты должна меня выслушать. Если не ради меня, то хотя бы ради наших детей. Это совсем не то, что ты думаешь. Ты все не правильно поняла. Я люблю тебя, а не Риту. И я никогда не спал с ней. Я только говорил с ней, старался помочь после смерти Карлоса.
– Думаешь, я поверю? В таком случае, с кем она оказалась в постели так быстро после смерти обожаемого мужа? Кто довел ее до такого состояния? – И она презрительно махнула рукой в сторону рыдающей под покрывалом фигуры. – О нет, Тад, нет… ты ошибаешься. Я не собираюсь слушать все новую и новую ложь. Я ухожу. Меня тошнит от вас обоих.
Она направилась к двери. Но Тадео, быстро преградив дорогу, схватил жену за руку и резко повернул лицом к себе. Доведенная до бешенства Кэролайн размахнулась и свободной рукой отвесила ему пощечину. Потрясенный, он глубоко втянул в себя воздух. То же сделала и Кэролайн, заметив красный отпечаток на его щеке, оставленный ее ладонью.
– Перестаньте… перестаньте немедленно! – выкрикнула Рита, садясь в постели, с расширившимися от ужаса глазами и с всклокоченными волосами. – Я спала не с Тадео, Кэролайн. Это был совершенно незнакомый мужчина, которого я подобрала в баре. Я привела его сюда и позволила делать со мной в постели мужа такие вещи, о которых хорошие девочки вроде тебя даже не подозревают!
Пока Кэролайн в полной растерянности хватала ртом воздух, Тадео простонал:
– Рита, замолчи. К чему эти подробности? Кэрри поймет все, как только я объясню ей, что произошло… наедине.
– Нет-нет, Тадео, она должна узнать это от меня! – воскликнула Рита. – Только тогда она поверит тебе. Я не вынесу, если тебе придется страдать из-за меня. Только не тебе. Ты самый хороший человек на свете! Но на свете есть и плохие люди, Кэролайн, – с надрывом продолжала она, и в ее глазах появился безумный блеск. – Очень плохие люди! Мой отец был одним из них.
– Твой… отец? – переспросила Кэролайн.
– Да. Мой отец. Мой дорогой, любимый папочка, которым я восхищалась. Когда умерла мать, мне было всего двенадцать лет. В ночь после похорон он перенес меня в свою постель, чтобы я заняла место мамы. И на следующую ночь тоже…
Кэролайн замерла. Она слышала, что такое бывает, но не знала никого, с кем бы это случилось лично.
– Ты можешь представить, чтобы отец делал это со своей дочерью?
Ошеломленная Кэролайн смогла только отрицательно покачать головой.
– Когда мне исполнилось шестнадцать, отец забрал меня из школы, чтобы я постоянно находилась при нем. Видишь ли, он был богатым человеком. Он мог не работать, если не хотел Вот мы с ним и путешествовали по миру, и отец везде представлял меня как свою дочь. Однако за закрытыми дверями я была ему не дочерью. Я была его наложницей, его очень покладистой маленькой наложницей.
Кэролайн задохнулась от изумления и возмущения. И на губах Риты появилась леденящая кровь улыбочка.
– Тебя это шокирует, не правда ли? То, что тогда я была покладистой? Но ты подумай… что еще я знала? А ведь все мы хотим любви, пусть даже это была извращенная любовь, какую питал ко мне отец. Знаешь, моя мать покончила с собой, лишь бы избавиться от него.
– Довольно! – твердо произнес Тадео. Но Рита не собиралась останавливаться.
