Покуда вся культурная Россия,предпочитая и арбуз, и хрящ,на зубочистки тратила усильяи примеряла гамлетовский плащ(ах мой антигерой, квазистрадалец,лжегамлет, псевдодатский недопринц —о, как дверями прищемивши палец,он верещал и повергался ниц!).Так вот, покуда, к почве припадая,страдалец гармонически кричал,ты может быть один (и падал снег, не тая),кто череп Йорика прикладывал к плечам,и вижу, оказалась впорукорона, превратившись в ледяную гору.<p>7</p>Доверяя коль не оку, так ухуне пугаюсь – это кот за портьеройзапоздалую преследует мухуна поверхности окна запотелой.Слава богу, слово за Фортинбрасом —от варягов завсегда нам спасенье.И Офелия, плывущая брассомв сарацинском ритуальном бассейне.<p>Эпилог. Декабрь 2006 года</p>Мертв. Полоний. Сколько яда! —Хлещет. Льется. Брызжет. Каплет.Крысенкранц из Скотланд-Ярдаищет-рыщет: где же Гамлет?1974–1996<p>«Человек есть мера вещей…»</p>
О человеке надо говорить.
Анатолий ЧепуровЧеловек есть мера вещей.И владелец вещей Кощейузнаёт глубину пруда,человека бросив туда.<p>3 июля 1996 года</p>Такое в голове (да чтоб ей!),а на стене (левее сердца)«Час пик», «изготовленье копий»…– Какое нынче? – Третье Ксеркса —из фортки высунясь, спросоньяспроси я – лето. Лотереябезвыйгрышная. Баба Софьяс букетом хлора и елея.<p>«Когда последний станет пэром…»</p>Когда последний станет пэром,при галунах и парике,а первый будет на 101-мсплавлять осину по реке,словом, когда решит Создательпереиначить всё, что есть —я тоже стану ПредседательПалаты общин № 6.<p>«Трудно после фронтальных пластических операций мать-землю…»</p>1трудно после фронтальных пластических операций мать-землюпризнать за этой пикантной крашенной хной мамзельюкоторой глупо было бы отказать когда приглашает в гостино вдвое глупей проделать этот путь до самого концагде на выходе по льготной цене отпускают чёрные очки белые тростии «Мифологический словарь» с любопытнейшими материалами про отца.2Тебе колпак фригийский не к лицу —надвинув на глаза фригидную косынкуи подоткнув подол (чего там, не к венцу!),то борщ сынку, то комбикорм подсвинку, —сто метров пробежав, хватаешься за бок,дыша, как сенбернар на солнцепёке,а дюжина испанских сношенных сапогнаводит на тоску о Русском Боге,и среднестатистической слезойсверкаешь, ухнувшись в подмерзший мезозой.<p>«Воспоминаний деньги медные…»</p>
