- И что ты собираешься делать всю ночь? - спрашивает Гарри. И он так пристально, но в то же время нежно смотрит на Луи, что тот краснеет и большим неудачником он быть не может, потому что он краснеет и пусть сейчас одиннадцатый час ночи, но чертов Нью-Йорк и чертов Сохо освещены так, что кажется, что сейчас день, и Луи уверен, что Гарри видит его румянец.
- Ээээ... не знаю, - выдавливает Луи, потому что он правда не знает, а Гарри его спрашивает об этом и это явно имеет значение, ну, Луи так думает и...
- Не хочешь погулять? - предлагает Гарри, и Луи сразу же с довольным видом кивает головой - можно отложить покупку котов и ниток для вязания до лучших (или худших) времен - у Луи появился парень, ну гипотетический парень, но это же Луи. У него сумасшедший кот, вечно глохнущий жук и они с Лиамом ищут вымирающий вид какого-то насекомого, поэтому Луи может позволить себе такие мысли. Он заслужил. Да, отстаньте. Он же не планирует их свадьбу с Гарри (она пройдет в отеле Ритц, который в Верхнем Ист-Сайде) и он точно не планирует, как будут звать их будущих детей (Эрик и Лола). Луи совсем ничего такого не планирует, нет, что вы.
- Ты на машине? - спрашивает Луи у Гарри, когда они отходят от клуба на пару метров.
- Ага, - кивает Гарри и достает из кармана джинсов брелок (фигурка Баз Лайтера - Луи умер) с ключами.
- Ну, мне как бы нужно вернуться сюда в три часа ночи и если... ну, ты там не захочешь меня отвезти, то я мог бы поехать за тобой на своей машине. Ну да. Вот так.
- Почему я должен не захотеть отвезти тебя обратно? - удивленно спрашивает Гарри. Они сейчас стоят под фонарным столбом и оранжевые блики, отражаясь от ключей Гарри, играют на его лице. И Луи только и может думать, что о лице Гарри и его с-ума-сводящих-ямочках.
- Ну, - тянет Луи, решая сразу же рассказать о всех своих недостатках, потому что это... это Луи. Он такой. - Я неудачник. У меня сумасшедший кот Мэни, и завтра он точно захватит мир. Мы с моим другом Лиамом живем по бро-энциклопедии, а в свободное время рассказываем друг другу страшилки - я ему литературные, а он мне биологические, и ты знал, что мух существует пять тысяч видов, а...
- Пять тысяч двести тридцать восемь видов.
- Что?
- Пять тысяч двести тридцать восемь видов.
-Что, прости?
- Пять тысяч... ты издеваешься, Лу?
Лу? Лу?! Лу! И Гарри знает, сколько всего видов мух.
- Тывыйдешьзаменя?
Теперь настала очередь Гарри удивляться и восклицать:
- Что?
- Ох, - Луи только сейчас понял что он сказал и это... убьет все его шансы на превращение Гарри из гипотетического парня в парня реального и... - Прости, прости, Гарри. Это... вырвалось. Ну, ты знаешь, у тебя такие зеленые глаза, ты назвал меня "Лу" и ты знаешь сколько всего точно существует видов мух и...
- Спокойно, Луи, - говорит Гарри, сдерживая улыбку. - Я выйду за тебя, конечно же.
А потом Гарри смеется, и Луи присоединяется к нему, и все сводится к шутке, но кто бы знал, что оба парня говорили серьезно.
***
- Зачем мы приехали сюда? - спрашивает Луи, выходя из машины и оглядываясь вокруг - они остановились прямо на середине Бруклинского моста и это место слишком знакомо Луи (он почти его ненавидит, ведь именно в этом месте его машина постоянно глохнет).
- Просто, - отвечает Гарри, перепрыгивая невысокую оградку, отделяющую проезжую часть от пешеходной. Ветер колышет его кудри, шум машин заглушает голоса, а вокруг горят сотни огней Нью-Йорка - Луи никогда не обращал внимания насколько тут красиво, а может это место красивым делает Гарри, Луи уже и не знает.
- Замечательный ответ, - улыбается Луи и тоже перепрыгивает оградку. Он облокачивается на перила и смотрит, как внизу играют волны в свете изумрудно-желтых огней.
- Я бы тоже хотел жить по бро-энциклопедии, - неожиданно говорит Гарри, и его голос так близко и он сам так близко, что Луи не сразу находит, что ответить.
- Это с-сложно, - выдыхает Луи через минуту (а может и через час, он не знает, ведь Гарри так близко, его глаза такие зеленые-зеленые и такие манящие). - Это требует выносливости, силы, немного юмора, но это не обязательно, потому что Лиам и юмор - это параллельные вселенные, и как показывает практика можно обойтись без этого. Хотя... это только потому, что я гений юмора и...
Луи прерывают.
Прерывают теплые и мягкие губы.
Вкус засахаренных апельсинов на губах.
Руки на его талии.
И легкое ощущение кудряшек на его лице.
И так много счастья, что Луи кажется еще немного, и он лопнет.
И сейчас Луи плевать, что он неудачник, что его кот почти, а может и уже, захватил мир, что синие жучки вымирают, что ему придется снова писать эссе по Хемингуэю, - это все не важно и больше никогда не будет важно, потому что идеальный мальчик целует Луи, именно в этот момент, именно в это мгновение, которое навсегда останется в памяти Луи.
