Со сказочной быстротой зрели орехи на ветвях, падали со стуком на землю, и на их месте появлялись новые кедры. Чтобы увидеть вершины деревьев, уже надо было задирать головы.
Когда примчались флаеры пожарной команды и ремонтные роботы, на Арбатской площади стоял густой могучий кедровый лес.
– Это что еще такое? – остолбенело спросил пожарник, увидев кучку растерянных школьников. – Откуда это? Утром не было.
– Ничего, – сказал Аркаша. – Это скоро кончится. Только надо оцепить площадь, чтобы никто не подходил близко к деревьям.
– Их рубить дня два придется, не меньше, – сказал ремонтный робот.
– Их не придется рубить, – мрачно ответила Алиса.
Со страшным скрежетом обвалился туннель, вздрогнули дома вокруг площади, зазвенели стекла в домах.
Сверху спустился флаер, и из него вышла высокая гусеница – аспирант Прося.
– Чепуха, – сказал аспирант. – Нельзя пускать детей в науку.
И тут одно из старых могучих деревьев со страшным скрежетом и треском, ломая ветви, рухнуло на землю, выбив вершиной стекла в ресторане «Прага».
И деревья принялись падать – одно за другим.
Казалось, что сотрясается вся Москва.
– Понимаешь, что ты наделал? – сказала Алиса. – Мы тебя выгоним со станции биологов.
– Меня нельзя выгнать, – ответил Пашка как ни в чем не бывало. – Уже завтра по моему методу будут осушать болота во всем мире. Это вам не яблочный компот.
Последний кедр упал на искореженную землю, и наступила тишина.
