<p>ВОСЬМИДЕСЯТЫЕ</p><p>Любовь к Болгарии</p><p>1959–1980</p><p>София</p><p>I. «По всем городским кварталам…»</p>По всем городским кварталамОсенней мело листвой,Листом золотистым, алым,Пронизанным желтизной.Под этим пестрящим танцемСофийского ветерка Я шел —и был иностранцем,Не знающим языка.О чем-то у продавщицыСпросил по-болгарски я.Задумалась продавщица.Задумался с ней и я.Но девушка в яркой блузке,Стоявшая рядом с ней,Сказала: «А вы по-русски.Мы, может, поймем скорей».И как-то намного прощеПочувствовал я себя.На улице, словно в роще,Кружилась листва, рябя.И вдруг, как порой сквозь слезы,Увидел я сквозь туман:Осенние шли березыПо улице Цар Шишман.Они чуть качались в дымке,И легкие ветерки,Как добрые невидимки,Сметали к листкам листки.Стволов этих белых глянец…Проталинки черноты…Какой, к чертям, иностранецНа этих улицах ты!Стихали в груди удары.Мне часом казался миг.Простите меня, болгары.Я выучу ваш язык.Он твердый язык и нежный.В нем близкая нам душа.На вашей земле зарубежнойНе чувствуешь рубежа.Я в ваши успел влюбитьсяКаштаны и тополя.Хорошая заграница,Болгарская ты земля!<p>II. «В прозрачной осенней Софии…»</p>В прозрачной осенней СофииПод золотом южной луныЗа тысячу верст от РоссииМне снятся московские сны.Мне снятся минута отъезда,Некстати оборванный спор,И дом, и рабочее место,И вниз уходящий простор.И вот я во сне пререкаюсь,И воздух ладонью крою,И думаю, и просыпаюсь —И комнаты не узнаю.А в окнах — софийское утро,Бульваров манящий разбег.Ах, как это, в сущности, мудроКакой-то сказал человекО том, что отечество — этоНе только пространство земли.Оно и дома и рассветы,Что трудно оставить вдали.Оно и родимая крыша,И помыслы наших годин,И все, чем живет оно, дышит,Чем дышишь и ты, его сын.Наверное, все мы такие —Солдаты, певцы и сыны.…Под небом осенней СофииЯ видел московские сны.<p>«Мне это надолго запомнится…»</p>Мне это надолго запомнится,Как в жаркое горное летоУвидел я речку ТополницуПрохладно-зеленого цвета.Она торопилась, веселая,По камушкам да по песочку,Счастливая и невесомая,Как чья-то любимая дочка.Но в небе — за трещиной трещина!И речка, краса Среднегорья,На миг показалась мне женщиной,Припомнившей давнее горе.И чьи-то мне слезы почудилисьИ в волнах — тела неживые.И темными ордами сгрудилисьНад ней облака грозовые.<p>Цыгане</p>
